Автор
В секретной организации, где каждый знает свою роль, главный босс внезапно требует личного помощника. Мария оказывается в центре внимания, когда ее прозвище "радость" становится ключом к сложному заданию. Но таинственная приобретенность и строгий порядок работы заставляют Мария растеряться и задуматься о своих действиях....
Понимаешь, он словно дар небес, а я из-за своей трусости всё испортила! Ладно, если бы я была девчонкой сопливой, но ведь я взрослая женщина…
— Юль, ты молодая женщина, тебе всего двадцать пять лет, так что не строй из себя умудрённую жизненным опытом даму. Я вообще удивляюсь, как ты, живя со своей матерью, не стала подобием её. И ничего ты не испортила, а просто запуталась. А Марат не юнец какой-то, он всё поймёт. Наберись смелости и расскажи ему о своих страхах, о том, что ты страшно боишься рожать — да обо всём, что тебя волнует.
* * *Когда слушал, о чём говорила Юля, я прошёл все круги ада, хотелось выть от боли и отчаянья, потому что меня не было рядом, когда она нуждалась в защите и заботе, она все тяготы судьбы преодолевала одна. После услышанного понял причину осторожности моей девочки — страх был у неё в крови, словно яд. Надеюсь, её мать горит в аду, и я рад, что с таким человеком мои дети не будут общаться. Но когда услышал рассказ о том, что она пережила со своим мужем… Я не знаю, как сумел сдержаться и не рванул к нему, чтобы разорвать его на куски.
Как только Юля завершила рассказ, я отдал наушники Кириллу, а сам вышел на улицу — мне срочно нужен был свежий воздух, грудь словно тисками сдавило, дышать стало трудно.
Вскоре вышел Кирилл — белый как мел, видать, и у него новости ошеломляющие, никогда не видел его в таком состоянии.
— Кирилл, что случилось?
— Что? — словно очнувшись, переспросил он.
— Я спросил, что случилось, на тебе лица нет.
— Случилось… Я понял, какой я идиот.
— И только?
— Нет, конечно, не только, — он прикрыл глаза, сделала глубокий вдох: — Убью суку! Марат, я поехал, мне нужно побыть одному, немного прийти в себя, не хочу, чтобы Соня меня видела в таком состоянии. — Увидев вопрос в моём взгляде, он продолжил: — Я всё завтра расскажу, сейчас не готов.
Глеб тоже не стал задерживаться, чему я был рад — не до разговоров, нужно подготовиться к разговору с Юлей.
