Таня вспомнила, что когда-то давно, когда узнала о канители, поняла почему это слово имеет еще и другое значение – сложная и суетливая работа. Золотые нити для этой техники получали сложным способом – расплющивая золото до состояния фольги, которую нарезали узкими полосами, и после этого накручивали их на шелковую нить. Заготовки получались объемными, и крепили их к изделию аккуратно проталкивая место крепления к ткани за полотно и пришивая там.
Таня натянула барбет на щеки так, что лицо стало маленьким, словно детским. Глаза теперь казались больше, а подтянутый подбородок сильно менял очертания, придавая лицу некую надменность. Это то что надо – подумала Таня и улыбнулась себе в тусклом отражении зеркала, которое поднесла к ней Тина.
– Ты похожа на маму, – грустно сказала Флоренса.
– Только благодаря барбету, дорогая, – ответила Таня.
За обедом сегодня не было никого, кроме хозяек, Тины, стоявшей за спиной у них, няни, что как всегда, терлась у входной двери, пятерых мужчин, что сидели за нижним столом.
Верхний стол могли занимать хозяин, его семья и самые дорогие гости, но они должны были быть не ниже по статусу.
– Я пригласила на обед баронета, что управляет стражей замка и мастеров, что приехали с нами, – громко сообщила Флоренса, усевшись на свое место. Мальчика расположили так же, как и в первый день – между женщинами. Тина за их спиной должна была в любой момент взять его и передать кормилице, что была здесь же. А еще, у Тины была самая важная обязанность, не подпускать слуг, что приносили еду, когда хозяйки разговаривают шепотом."
"Мужчины встали, опустили головы, замерли на секунду и сели на свои места. Шотландцы молча смотрели на хозяек замка, но они уже знали причину приглашения их к столу – леди хотела в безопасности поговорить с начальником стражей, и явно собиралась делать это в той же форме, что и беседа с батлером. Ее знание местных устоев и правил могли обеспечить здесь проживание в безопасности. Таня понимала, что без нее она точно не справилась бы в этом мире и словно губка впитывала всю информацию, боясь попустить детали.
Баронет – черноглазый, черноволосый, лет сорока, был на удивление в чистой рубахе, сером сюрко и с покрытой головой – шапочка, скорее всего, выполняла роль некоей прослойки между головой и подшлемником. Он явился на встречу с новыми хозяевами замка в форме. Косился на мужчин – шотландцев, чувствовал себя неуверенно один среди четырех громил не меньше его в плечах.
– Баронет не имеет земель, и дядя взял его на должность маршала замка по протекции его друга – отца баронета. Он предаст, только если ему уже обещаны земли. Это легко может сделать Его Величество, – прошептала на ухо Татьяне Флоренса.