А из кухни попасть в главные залы и покои можно только через центральный вход.
– Умно, я не подумала над этим, – ответила Таня.
Внутри помещения, в которое они вошли, миновав небольшой закуток царил некий филиал ада: три огромных очага, дым от которых отводился естественным путем, а точнее – через небольшие окна – бойницы в стене, две огромных жаровни вроде мангалов были наполнены горящими углями. Вот на этих то углях и готовилась пища для замка. Глиняные горшки различных размеров, с такими же округлыми донцами, какие видела Таня возле сторожевой башни заполняли все ровные пространства столешниц. В одном углу стоял чурак[1], на котором рубили мясо, и сейчас на нем было столько мух, что, казалось, они запросто могут вынести его на улицу, если организуются.
На полу валялись кости, шелуха от лука, под криво сколоченным столом пара щенков вылизывали пол.
Флоренса наблюдала за всем спокойно, у Тани же глаза расширялись все сильнее и сильнее. Не сказав ничего они вышли и продолжили путь вокруг донжона.
– Зачем тебе понадобилась кухня? Здесь тоже есть наш человек, и он лично заставляет повара пробовать все. Тот понял, что от него хотят, и говорят, он не отходит от жаровен ни на шаг, – аккуратно спросила Флоренса.
– Там очень грязно, дорогая, и я знаю, как можно все изменить, – ответила Таня. – сейчас у меня другой вопрос – раз наши покои находятся над кухней, то куда ведет отверстие из нашего туалета?
– Из чего? – удивленно переспросила Флоренса.
– Из той дыры в стене, на которую мы присаживаемся чтобы справить нужду.
– Ой, это не должно нас беспокоить, прошу тебя, это не дело для леди. Мы и так были везде, где нам бывать не стоит.
– Флоренса, теперь мы здесь хозяйки, и мужчин, которым мы можем доверять – единицы, да и то, они не считают эти вещи важными.
– Хорошо, раз так, давай будем смотреть за всем сами, – словно идя на компромисс с сестрой ответила Флоренса, но ее лицо не изменилось – девушка брезговала заднего двора.
Они дошли до места, где с торца донжона нависал искомый эркер. Под ним был ров, а стена представляла собой «прекрасное» зрелище. Словно расписанная граффити сумасшедшим художником, она являла двору весь внутренний мир их господ.
– Черт бы меня подрал идти сюда, – гневно сказала Таня и плюнула себе под ноги.
– Ты выражаешься недостойно, но сейчас я с тобой полностью согласна, дорогая, – ответила Флоренса и одобрительно хмыкнула.
[1] Чурак – (чурка, очурок) – кряжистая нижняя часть дерева с более широким низом. Используется для рубки мяса.
Глава 28
К построению стражи женщины так и не явились, но приказ нарушать было нельзя – ровные две шеренги мужчин до обеда стояли как вкопанные.