Подойдя к очагу, она прижалась к горячим камням, но ее не переставало трясти. Она почти своими руками убила Костю… Убила человека, которого любила, нет, даже боготворила, считала его единственным и лучшим из мужчин.
– Таня, он хотел отправить тебя на казнь, на дыбу, на костер, на виселицу, куда угодно, ты можешь сама выбрать вариант, от которого станет не просто страшно, от одного упоминания об этом ты перестанешь считать себя убийцей, - прошептала Фелисия той девочке, что сейчас пыталась внутри заместить Фелисию.
– Дыши ровно, и знай, что это случилось не по твоей вине.
Она села на стул, трясущимися руками откупорила кувшин со смородиновым ликером, налила в кубок и выпила налитое большими глотками. Она боялась подойти к окну и увидеть там что-то связанное с тем, что они сделали.
– Леди, - прямо от входа прошептала Тина, закрыв за собой дверь. – Леди Фелисия, все хорошо. Он плох, но жив. Говорят, его бил именно этот Костя, прямо сегодня до ужина с королем. Он выпытывал где он прячет своих людей, он даже королю не говорил, что Уильям здесь – это сказали пьяные солдаты нашим стражам, пока пили ваш напиток.
– Да? Значит, Костю впускали в тюрьму?
– Король назначил его своим помощником в войне с повстанцами – Костя очень много о них знал, и рассказывал такие вещи, которые приводили солдат в нужное место.
– Ясно. Скажи, мы сможем выдать Уоллеса за Костю?
– Эдвард вправил ему руку и сказал, она еще поработает, лицо обмыли и завязали. Роста они примерно одного, да и встать он не сможет, леди, так что, если король согласится, мы можем увезти его, - она замялась, но потом все же решилась задать вопрос: - Леди, вы поэтому сказали Косте, что согласны на брак? Вы хотели поменять их местами?
– Нет, Тина, я не хотела этого.
Я думала, что Уоллес сбежит, а Костя, который слишком много знает о нас, будет у нас на виду, - Фелисия опустила глаза. Алкоголь начал действовать – внутри было ощущение, что огромная ледяная комната начала прогреваться. Но страх не отступал, и держал ее своими холодными пальцами прямо за ребра.
– Значит, так распорядился Бог, - закончила Тина, и начала раскладывать постель Фелисии пока та неотрывно смотрела на огонь, вспоминая того, прежнего Костю, что любил экстрим, любил адреналин. Его жизнь могла прерваться в любой момент даже в той, безопасной жизни, где он искал и рисковал, но умер он здесь от одного удара. Его слова все еще гремели в ее голове, и она сжимала голову ладонями, силясь заглушить их.
