Автор
В полутьме возле двери скрывается усталый страх за потерю важных справочников. Теперь ты проводишь ночную рутину с затонувшим в тени фонариком, пытаясь не допустить еще больше ошибок. Улица и коридор кажутся вполне ясными, но здесь всё же темно - таковы законы освещения под открытым небом....
"
"А тут друзья подначивать принялись, на слабо брать… Вот и замутил парень схему простенькую: прикинулся дурачком влюбленным, год за ней ходил, за ручку держал, слова красивые говорил, поступки совершал… Не прокололся нигде, сволочь.
А вот в самый отвественный момент не уследил за гаджетом. Расслабился слишком. Оно и понятно, нельзя столько времени в напряжении-то находиться…
Риса узнала про это вчера, успела высказаться и проехаться по скотине всей остротой своего язычка, а вот теперь, похоже, отходняк накрыл.
— Главное, никому не расскажешь, понимаешь? — делилась она со мной своей болью, — папе нельзя… Он его в землю втопчет. В прямом смысле. Не хочу грех на душу брать. Он скот, конечно, но не убивать же его за это? Игорехе тоже нельзя… Он еще хуже папы потому что. Тормозов нет, а дурости — вагон. А мамы у меня нет. И подруг нет… И вообще… Прикинь, как надо мной все ржали все это время? Я нашла: там даже ставки делали… Весь класс, прикинь? Все мои одноклассники знали. И ни одна тварь… Вот как людям верить после такого, Аль?
Я вздыхала, пила виски… И лезла обниматься к подруге по несчастью.
Вот так занимательно мы полтора часа и провели.
И только теперь я додумалась спросить ее имя.
Очень вовремя, да.
Услышав архаичное “Раиса” не смогла сдержаться.
Но, надо сказать, что смех немного разбил тот слезливый напряг, что случился после наших откровений.
Я ловлю себя на сладкой пустоте в башке, улыбаюсь. И вижу отражение своей улыбки на лице Рисы.
Надо сказать, что ей дико идет.
Улыбка преображает и без того хорошенькую мордашку, делая ее совершенно ослепительной.
— Слушай, ты зачетная такая, — делюсь я с ней открытием, — была бы я парнем, я б тебя уже тут валяла.
— Эй, — фыркает она смущенно, но видно, что польщена моими словами, — ты, случаем, не по девочкам?
— Никогда не пробовала… — задумчиво разглядываю я ее, представляя, а как это будет, если ее поцеловать? Прислушиваюсь к внутренним ощущениям… Ничего. Совсем ничего. Блин. Даже жаль. Это был бы выход… — я к тому, — продолжаю разговор, — что тебе парня найти — плевое дело.
— Да ладно, — фыркает она, — я мелкая, ни сисек, ни жопы. Кому я нужна такая? Со мной только на спор можно…
— Дура ты, — обижаюсь я, а затем резко сажусь в сене, вдохновленная пришедшей в голову мыслью, — пошли, я тебе сейчас все покажу!
— Куда? — Риса не сопротивляется, когда я встаю, чуть покачнувшись от выпитого, но вполне твердо держась на ногах, и тяну ее за собой из сена.
