Автор
В полутьме возле двери скрывается усталый страх за потерю важных справочников. Теперь ты проводишь ночную рутину с затонувшим в тени фонариком, пытаясь не допустить еще больше ошибок. Улица и коридор кажутся вполне ясными, но здесь всё же темно - таковы законы освещения под открытым небом....
Или, например, на прогулку в парке… Все это мы с Олегом уже обкатали миллион раз, он мне и романтическое свидание на крыше тоже устраивал, есть у нас в городе такая популярная крыша, половина фоток удачливых девчонок, которые считают, что им повезло с парнем, оттуда. Олег подключал специальное агентство, которое все ему все это делало…
А здесь…
Я что-то сильно сомневаюсь, что про эту крышу хоть кто-то знает. Хотя, если б то же самое агентство выяснило, то реально обогатилось бы. Здесь невероятный вид на реку, наверняка, шикарные закаты и рассветы, можно все обыграть…
Однако же, никто ничего не знает.
Кроме Немого.
И это странно, очень странно…
— Я здесь живу, — неожиданно звучит ответ, я удивленно открываю рот, жду чуть-чуть, что Немой как-то распространит предложение, но, естественно, не дожидаюсь.
Ну что же, уточняющие вопросы — наше все…
— Где? На крыше?
Максимально невинно, и , главное, без улыбки спросить.
Немой хмурится, изучает мое лицо пару секунд, словно выискивает издевку, не находит и нехотя отвечает:
— Нет… Здесь, в доме…
Ого…
Неплохо живет Немой… Место, насколько я знаю, довольно дорогое.
— Родители живут? — уточняю я, неожиданно как-то растерявшись даже. И чуть-чуть напрягшись. Он ведь… Словно домой меня привел. А это уже наглость. Даже Олег себе такого не позволял в первое свидание. Хотя… Олег и не целовал меня на нашем первом свидании. Я не позволила. Так что Немой его по этому параметру уже превзошел…
— Нет, — коротко отвечает Немой, — я.
— Один? Снимаешь?
— Нет…
Больше он ничего не говорит, а я не могу уже спрашивать. Почему-то это кажется неправильным и чересчур навязчивым. Словно выясняю его благосостояние, наличие соседей, с далеко идущими планами… А я ведь ничего такого…
Пожимаю плечами, поворачиваюсь опять к сцене. Там уже оркестр прекращает настройку, прожекторы затемняют место действия.
И все вокруг погружается в полумрак. И наша крыша тоже.
— Садись, — Немой, не двигаясь специально, каким-то образом оказывается еще ближе, буквально за спиной, касается меня. Не руками, нет!
Всем телом словно.
Я ощущаю, как волосы на шее шевелятся от его дыхания, и паникую, думая, что зря я согласилась, зря такая смелая…
Но теперь не убегать же с криками от него? Это смешно… И раньше надо было, пока не догнал…
Ну, ничего, посмотрим спектакль, а потом я поеду домой… Да, ничего больше и не будет.
