Автор
Весь последний месяц, ты жил в гнетущей тишине монастыря, пока стены его не стали чем-то реальным защитой от увиденного. Пока Джек не стал лишь еще одним зеркалом, отражающим тебя самого, и мама — лишь символом жизни, которую ты покинул навсегда. Ты остался без всего: любимого, дома, батюшки... И даже без прежней веры в непреходящий свет мира....
Сверху доносились голоса, правда, слов разобрать толком не получалось. Я покрутилась так и этак, в очередной раз прокляла полотно, в которое меня замотал Блад. Повторила все то же самое на беркивском, попыталась на граянском и поняла, что мне явно не хватает словарного запаса. Матушка, обучая меня языкам, как-то упустила ругательства, а жаль.
Перебрав все особенности своего одеяния, я помянула недобрым словом замотавшего меня в это Блада, даром что при мысли о нем снова запылали щеки.
— Почему так долго? — пробурчала я себе под нос.
— Не терпится снова к капитану в койку прыгнуть? — хохотнул матрос.
— Вовсе я не… — Я осеклась.
Все равно не поверит, только посмеется. И ведь даже винить в своем позоре некого, сама постаралась. Хотя многое бы изменилось, если бы меня не привели на корабль под руку, а приволокли на плече?
— Ишь, шустрая какая. Погоди, сейчас там после боя остынут немного, разберутся, кто на каком свете, то да се, а когда придет пора крюйт-камеру магией заблокировать, капитан и придет.
— Не придет, — донеслось от входа.
Я обернулась. Меченый, которому Блад подкорнал ухо, стоял у входа, а за его плечами согнулись еще двое головорезов.
— Как не придет? — охнул моряк.
— Так и не придет, — ухмыльнулся меченый. — Кончилась везуха.
Я застыла, забыв, как дышать. Не может быть! Он, конечно, не джентльмен и обошелся со мной ужасно, но почему мне так не хочется верить в его смерть?
— Так что сдавай пост, — продолжал пират. — Ежели магии теперь нет, мои парни покараулят.
Моряк поднялся — оказывается, он мог стоять здесь, не пригибая головы.
— Пост я сдам квартирмейстеру.
— Квартирмейстеру скоро будет не до того, — прошипел меченый, кладя руку на эфес тесака, висевшего у него на бедре. — Сдал пост, я сказал!
Караульный поколебался, но когда двое, что стояли за плечами меченого, двинулись вперед, развел руками.
— Ну ежели ты так говоришь…
Он исчез за дверью. Я вжалась в мешки, затаила дыхание, стараясь стать как можно незаметней. Блад не придет, и… И мне конец.
Подтверждая мои худшие опасения, меченый развернулся ко мне.
— Кто это тут у нас? — притворно-слащавым голосом произнес он.
Я попыталась отгородиться мешком, но лишь вызвала взрыв хохота.
— Жаль, что Блад успел тебя попробовать, — ухмыльнулся корноухий. — Ну ничего, мы не гордые, можем и за ним подобрать, правда, парни?
Парни с готовностью загоготали.
— Не подходи, — взвизгнула я. — Капитан сказал…
— Ты что, не поняла, шлюшка? Кончился капитан.
— Не подходи! — повторила я.
