Мечислав чувствовал себя вампиром из фильма ужасов в собственной жизни — девушка была так глубоко погружена в сон, что он просто не мог войти к ней. Войдя в состояние исключительной концентрации и сосредоточности, он тщетно пытался пробиться через защиту ее разума, будто столкнулся с невидимым барьером....
Гладкий, но не слишком высокий лоб, короткий прямой нос, высокие скулы, полные чувственные губы, упрямый подбородок с ямочкой. И мне захотелось коснуться его губами.
– Валентин, – произнес он. И умолк, словно ожидая, что я его вспомню. Я нахмурилась. Что-то всплывало в памяти. Я помнила это имя. И даже думала о нем совсем недавно. Казачев Валентин Дмитриевич.
– Я говорила с вами…
– С тобой, – если ты позволишь.
– Хорошо, с тобой, когда звонила в особняк Снегирева?
– Да.
Я протянула ему руку, не зная, как еще выразить свою благодарность.
– Я считаю тебя своим другом.
Мужчина несколько секунд смотрел на меня, потом осторожно коснулся моей ладони и сжал пальцы. Несильно. Так, чтобы не повредить мне. Так обычно делают очень сильные люди, которые в полной мере сознают свою опасность для окружающих. Горячая волна плеснула в меня.
– Ты – оборотень?
– Я оборотень-лис.
– Оборотень, забывший свое место! – рявкнул Андре. – Пошел вон отсюда, тварь! Я еще разберусь с тобой!
Но он спохватился слишком поздно.
Вадим ответил на мой невысказанный вопрос.
– Клятва верности."
"Я кивнула. Мечислав чуть опустил ресницы в знак согласия. Оборотень медленно заговорил, запинаясь на каждом слове. Я положила руку ему на плечо, чтобы дать почувствовать, что я рядом. И что-то случилось. Боль хлестнула плетью по всему моему телу.
