Мечислав чувствовал себя вампиром из фильма ужасов в собственной жизни — девушка была так глубоко погружена в сон, что он просто не мог войти к ней. Войдя в состояние исключительной концентрации и сосредоточности, он тщетно пытался пробиться через защиту ее разума, будто столкнулся с невидимым барьером.
Снегирев сжался в комочек.
– Нет, господин! Клянусь вам! Нет!
– Врет? – спросила я.
– Нет, кудряшка. И это странно. Ты звонил в ИПФ?
– Нет, господин! Я никому не говорил о вашем приезде, я никому не звонил, я ничего не делал, чтобы навести на этот дом подозрение!
– Не врет, – определил Мечислав. – Тем лучше. Встань.
Борис вздернул Снегирева за шиворот. Шарпей ойкнул – и обвис тряпкой в руках вампира. Ноги его не держали, а по комнате поплыл подозрительный запашок. Вампир в гневе мог довести до энуреза даже Шварцнеггера. Я брезгливо поморщилась. И как кто-то мог подумать, что я могу со Снегиревым… бр-р-р-р-р-р, гадость!
– А автобус? – вспомнила я.
Мечислав опять наклонился к человеку.
– Что с автобусом, который я приказал спрятать?
– Автобус я своим ребятам велел отогнать в мастерскую для особых машин и разобрать на запчасти. У нас не было времени угонять его достаточно далеко, а с рассветом…
Его не дослушали.
– Точно! Наверняка кто-то из этой мастерской связан с ИПФ, – решил вампир. – Автобус, кровь, осиновые колья, обгорелые силуэты вампиров – этого достаточно для того, кто в курсе. Узнать, кто приказал разобрать автобус – еще проще. И нагрянуть к нашему дорогому Алексею Ивановичу. А дальше – дело техники. Минимум гипноза – и наш любезный хозяин сам вколотил бы в нас колья.
– Что вы, господин…
Снегирева затрясло еще сильнее. Вампир нехорошо смотрел на него.
– И что я должен с тобой сделать за такую глупость?
– Пощадите! – взмолился Снегирев. – Умоляю!
На меня вдруг накатило. Я отчетливо понимала, чего хочет Мечислав. Не казнить Снегирева, но вдосталь его напугать. Беда в том, что Алексей Иванович у нас человек наглый. Раз пощадишь – второй на шею сядет. И это может так хорошо не окончиться.
– Пощадите его, Мечислав, – вмешалась я. – Он дурак, но он предан вам, а это ценно!
Вампир скользнул по мне глазами.
– Ради тебя, кудряшка, я готов на все, но пощадить его…
– Тогда не надо говорить мне так! Обойдитесь без пошлой лести! Он дурак, но он будет стараться! Снегирев, скажите хоть что-нибудь в свое оправдание?!
– Я… вы…
Бесполезно. В ближайшие два часа на Снегирева не стоило рассчитывать. Впрочем, вид разозленного вампира вывел из равновесия даже меня. А ведь я была сторонним наблюдателем. Снегиреву же досталось полной ложкой по маковке.
– Пощадите его, Мечислав. Ради меня.
Я наклонилась к нему и слегка провела пальцами по руке вампира. И вздрогнула.
