Я делал тоже самое, когда она не видела. Когда засыпала рядом со мной, уставшая и счастливая. Только тогда я мог смотреть на неё так, как хотел…
Чтобы ни случилось с нами завтра, я знаю, что не забуду две жаркие южные ночи, пропитанные соленым морским ароматом и вырвавшейся на свободу жаждой телесной близости. Я не забуду загорающиеся на горизонте алые рассветы, ласковый шепот ветра и умиротворяющий плеск волн за окном. Не забуду теплоту нежной кожи моей гордячки и вкус ее поцелуев, заливистый смех и протяжные стоны на пике экстаза. Мы практически не спали, отдавшись захлестнувшей нас страсти, но вернулись в Москву чертовски довольными и полными сил.
В офисе соблюдать субординацию и держать дистанцию становилось сложнее с каждым днем. Эмили старалась не выдавать своих эмоций, очень нервничала, когда замечала любопытные взгляды офисных сплетниц, но упорно «держала лицо».
Между нами постоянно искрило. Неважно – спорили мы или приходили к общему знаменателю в решении рабочих вопросов – сексуальная энергия, исходящая от нас, била через край. Сохранять служебный роман в тайне и дальше казалось невозможным. Нас выдавали горящие искрометные взгляды, которыми мы обменивались и платиновые браслеты, которые оба носили на своих запястьях.
Иногда, во время планерки, где она отчаянно отстаивала свою позицию, один за другим отметая мои поправки и замечания, я на глазах у всех утаскивал ее в свой кабинет, чтобы устроить разбор полетов в приватной обстановке – так должны были думать сотрудники, а что на самом деле вертелось в их головах, я плевать хотел.
Я запирал кабинет и набрасывался на Гордееву, как оголодавший дикарь. Бедный стол с трудом выдерживал всю мощь моего недовольства, заканчивающегося синхронным умопомрачительным оргазмом. После она отчитывала меня за несдержанность и непрофессионализм, приводя в порядок одежду и выходила из кабинета с дежурной, невозмутимой улыбкой и самоуверенным выражением лица, по которому невозможно было догадаться, что всего несколько минут назад, она лежала с задранной до талии юбкой на моем столе или стояла на коленях, доводя меня до грани своими губами, или прыгала сверху, пока я сидел в кресле, сжимая жадными ладонями ее грудь.
Секретарша Юля наверняка была в курсе происходящего, судя по ее загадочной улыбке, с которой она встречала нас в приёмной или провожала, когда мы отправлялись на обед или совместную деловую встречу. Стены не настолько толстые и сложно не услышать, насколько бурно мы порой решаем с Гордеевой наболевшие рабочие вопросы.