Автор
В душе девушки царила тьма, холод и одиночество, точно на улице прорывалась непогода. Она чувствовала себя оскверненной, как будто вмешиваясь во что-то несусветное и запретное. Но если бы кто-то мог войти и согреть ее до самого сердца – она была бы готова рассказать весь свой секрет, даже если он был таким же темным, как тьма на улице ночью....
Она знала, как тяжело быть матерью-одиночкой, когда рядом нет никого, кто мог бы поддержать в трудную минуту. Так же в случае замужества ей не придется заботиться о том, чтобы копить деньги на образование ребенка. И не последнее по важности обстоятельство — сам ребенок будет счастлив рядом с любящим отцом. Одно Диана знала точно, но стыдилась признать, — ни один из этих стоящих аргументов не производил на нее большего впечатления, чем тот факт, что она любит Карлоса. Это было самое главное. И сейчас он дал ей шанс снова вернуться в его жизнь.
— Хорошо! — Диана не смотрела на Карлоса, когда произносила это небрежное согласие, чтобы он не заметил выражения явного облегчения, которое осветило ее лицо. Теперь она прекратит эту бесконечную борьбу с собой, со своими неодолимыми чувствами и потребностями.
Тишина затянулась. Диана бесцельно скользила глазами по комнате, Карлос разглядывал ее, прищурившись, как будто она сильно удивила его.
— Так будет лучше для ребенка, — услышала Диана себя со стороны, словно сама была жертвенным ягненком.
— Согласен, — подстроился под ее тон Карлос. — Если бы не этот факт, разговора бы не было.
Ее пальцы сжались. Можно было ответить обидными или колкими словами, но Карлос сказал унизительную и неоспоримую правду.
— Я обращусь за разрешением сыграть свадьбу как можно быстрее, — продолжил он.
Диана кивнула. Нежные черты ее лица напряженно застыли.
— Не желаешь ли еще ананасового сока, чтобы отпраздновать событие.
— Нет, спасибо. Я бы хотела пойти спать, если ты не против. — Гордость помешала чувствам прорваться наружу. Но она очень хотела, чтобы через отчужденность, возникшую между ними, перекинулся мостик, и медлила с уходом. Диана надеялась, что Карлос что-нибудь сделает или скажет ей, чтобы остановить.
Но он молчал. Посмотрев назад, через плечо, она увидела его, стоящего около окна: прямого, с суровым сильным профилем и окаменевшими плечами.
Карлос Малдонадо не высказал ни осуждения, ни обиды. Просто принял ответственность за их ребенка, попросив ее выйти за него замуж. Оба знали, что она все еще осуждает Карлоса за то, что он использовал ее ради своей мести. Пусть даже он и признал свою ошибку. Ничего нельзя изменить в прошлом. Только хотела ли она напоминать ему об этом всю оставшуюся жизнь?
Диана лежала в кровати, копаясь в своих собственных недостатках.
