А может, даже хуже, ведь я никогда не валялся без чувств, как лежит сейчас на полу Гейл.
— Вызовите скорую, — орёт декан столпившимся студентам.
Они отмирают, начинают хвататься за мобильники, но мой взгляд быстро теряет к ним интерес. Потому что находит в безликой толпе то единственное лицо и приковывается к нему.
Через секунду мистер Барнс затаскивает меня в свой кабинет. Дверь закрывается, и связь наших взглядов разрывается, но страх в её глазах мне никогда не забыть…
Полицейский участок, допрос, ночь в тюрьме — это ничто по сравнению с лицом Тайлер, которое я видел всего пару секунд, прежде чем меня забрали.
Тай была одна в опустевшем коридоре и не хотела покидать его, не взирая на просьбы декана всем разойтись.
Гейл попал в больницу, хотя отделался лишь изувеченным лицом и задетым самолюбием.
Я отправился прямиком в участок.
Тай безмолвно провожала меня до патрульной машины, и ей не позволяли приблизиться ко мне. А я даже не мог посмотреть ей в глаза.
Что она теперь обо мне думает? Считает меня психом?
Безысходность разрывала меня изнутри…
Однако снежный ком вдруг замедлил своё падение. Избиение Гейла, как оказалось позже, имело смысл. Копам же никто не платит за покрывательство развязной жизни молодёжи в вузе. В общем, моя история заинтересовала их. Разоблачение взяточника-декана куда интереснее, чем какая-то драка. Спортсмен, капитан команды, курящий травку на территории кампуса — это тоже приплели к делу. Моё отчисление никуда не делось, но появилась надежда, что вслед за мной отправится и Гейл. А может, и Барнс.
Ночь, проведённая в камере, дала мне время на раздумья. И я смог взять себя в руки и просто подумать.
Тайлер… Она всё равно будет со мной. Сейчас, через год или два… Мы всё равно будем вместе. Я это чувствовал. А ещё я просто подам документы в другой вуз… И закончу его…
Это непросто. Чёрт, как же это непросто. Но сама судьба посылает мне шанс всё исправить. Идти туда, куда мне хочется идти. А я лишь хочу пойти и получить возмездие. И нет, не для Гейла или Барнса. Я хочу возмездия для каждого, кто нарушает закон. Для того, кто издевается или насилует девчонок, кто считает себя лучше, если у него есть деньги.
А больше всего на свете я хочу наказать Саймона Шоу.
Моих губ касается кривая ухмылка. Мои друзья никогда не поверят в то, чего я хочу. Крис, вероятно, будет ржать над этой шуткой, пока не лопнет. Доминик вскинет брови, проглотит свою ухмылку и, возможно, пожмёт мне руку.
