Нос немного курносый — этот парень, очевидно, всегда был задавакой.
Против воли мой взгляд соскальзывает ниже, к его губам. Чувственные губы сейчас плотно сжаты, но я знаю, что за ними скрываются белоснежные зубы. Когда Брайан улыбается, он делает это обворожительно. И одновременно дерзко. Словно он не просто смеётся, а насмехается с некоторым превосходством.
На подбородке лёгкая небритость. От этого он выглядит немного старше. Хотя точного возраста я не знаю, но судя по тому, что он на последнем курсе, могу предположить, что мы ровесники.
Потом мой взгляд возвращается к синеве на его скуле. Брайан подрался. С Куртом, скорее всего. И, похоже, дело в новых правилах, о которых он заикнулся, но сейчас я не могу на этом сосредоточиться.
Впервые за последние три года я так открыто и бесстрашно смотрю в лицо парня. Но только в лицо Брайана! Несколько минут назад лёгкое касание дыхания проходящего мимо Курта вызвало приступ паники, как и всегда. А рядом с Брайаном я не чувствую ни страха, ни паники, ни желания убежать… Наоборот, я чувствую дикое желание остаться. Узнать его. Понять, он ли это!
Рассказать ему свою историю будет неправильно. Признаться в том, что произошло, в своей собственной глупости, в изнасиловании, и сделать это малознакомому человеку — будет высшей степенью идиотизма. Поэтому я пока просто смотрю, впитываю каждую деталь его лица, ощущая, как мой мозг болезненно пульсирует, доставая информацию из стёртых воспоминаний. Я не знаю, что повлияло на то, что моя память так надёжно заблокирована. Наркотики, стресс, желание забыть… Всё сразу. Но сейчас я как никогда хочу вспомнить.
— Тай, — на тихом выдохе шепчет он.
Пару раз моргаю, словно выходя из ступора.
— Да? — отзываюсь так же тихо, опуская взгляд.
Его пальцы ложатся на мой подбородок, вынуждая поднять голову.
— Я… Я просто решила, что помогу Самер. Заставлю Курта поверить в то, что у нас… Ну… Что у нас всё было, — говорить подобное сложно, а тем более, когда вынуждена смотреть собеседнику в лицо. И, вероятнее всего, я краснею.
Реакция Брайана на мои слова немного обескураживает. Он безрадостно хмыкает. Отпускает моё лицо. Запускает сразу обе руки в волосы и нервно их теребит.
— Чёрт, — говорит себе под нос, устремляя взгляд в небо. Потом его руки перемещаются на пояс и обратно в волосы — он словно не знает, куда их деть. — Правила изменились, Тай. Притворяться не получится.
— Но я смогу быть убедительной… — начинаю я тараторить.
