Волнующий роман о смелой женщине, которая решается скрыть свою правду и не позволить ложь сломать её жизнь. Каждая страница проникает в глубины тщательной хитрости и непростых выборов, когда честь и прикрытие могут быть дороже всего на свете.
Она всегда была другой, нетипичной женщиной, с первой встречи подкупало наличие ума и характера. Природная красота прилагалась огромным бонусом.
Сигнал слева вырывает меня из эмоционального нокаута. Чуть не зацепил машину. Теперь я смогу приходить к Варе, видеть хоть каждый день Миладу, общаться с ними…
— Хорошо, — отвечаю на последнюю реплику.
Получается равнодушно, на самом деле у меня эмоциональный передоз. Накрыло меня от ее предложения.
— Ты же понимаешь, что одного-двух раз в неделю мне будет недостаточно, чтобы видеться и общаться с вами? — притормаживаю на очередном светофоре, разворачиваюсь к ней.
— Речь только о Варе, Глеб, — включает строгую тетку. Мне все равно, каким тоном она со мной разговаривает, обратно Милада уже не повернет, не в ее характере.
— Если мы будем поддерживать теплые дружеские отношения – это благотворно скажется на Варе, — со знанием дела. Когда-то такой вариант предлагала нам с бывшей женой психолог…"
"— Насчет теплых и дружеских говорить пока рано, как друг ты меня не устраиваешь, — царапает нутро своим категоричным ответом.
Конечно, меня задевают ее слова. Два года назад мы были любовниками: сумасшедшая страсть, безумство, любовь. Я готов был Миладу во всем поддерживать, но я не стал ее другом. Помню, как злился и ревновал, когда она бегала в больницу к Ивану, чтобы поговорить по душам, обсудить обиды на родителей. До сих пор не могу понять, как он мог спать рядом с ней всю ночь.
Сложно воевать с образом идеального друга. Я никогда не смогу стать таким, как Иван. Не смогу прижимать ее к себе во сне, не смея поцеловать. Я голову теряю рядом с ней.
— Значит, я буду тебе больше, чем просто друг, — твердо произношу. Скрещиваем наши взгляды.
— Тихомиров… — на миг выдает свое волнение, но тут же берет себя в руки. — Ты никогда не был мечтателем, не тот возраст, чтобы начинать верить в чудеса.
— Ты не можешь запретить мне тебя любить, — первым отвожу взгляд, мы как раз подъехали к больнице, нужно припарковаться.
Милада молчит, но у меня нет ни капли сомнений, что она думает о моих словах. Не перегорело у нее, не могло просто!
Выхожу из машины, ключи в руке.
— Нажмешь на сигналку, — передаю ключи Миладе. Пропуская мимо ушей ее упрямое «я сама могу», подхватываю на руки.
