Автор
До того, как их не стало... Ангелина нервно ходила по светлому холлу клиники, в ожидании мужа. Здесь отсутствовали очереди и комфортные кресла для беременных, но она отказывалась пить чай с мятой. Тимур опаздывал, и Ангелина чувствовала себя непривычно одиноко. Она наблюдалась уже со третьей беременностью в этом центре медицинской помощи....
— Сынок, — начала осторожно, — а тебе Тимур не понравился? Папа… — добавила, буквально выдавливая из себя эти четыре буквы.
— Не понлавися, — уверенно заключил.
— А почему? — расспрашивала я.
— Ну… бабуска не юбит пасывца. И деда тозе, — да, ориентировался на авторитетное мнение старших. — Ти гусная, кода он пиходит. А я не хосю гусную мамю.
— Я не грустная, — пыталась возражать. — Просто... — что ж сказать-то? — Давай так: попробуй сам определить нравится или нет. Хорошо? — пыталась говорить с ним как со взрослым, ну и съезжала со скользкой темы.
Моим родителям было, за что не любить моего… мужа. Да и мне тоже, но пусть Мантуров попробует себя отцом. С тем, чтобы все испортить, он прекрасно справится сам!
Вещи укладывала в чемодан уже поздно вечером: только одежду и обувь на первое время, ну и любимые игрушки Егора. Зимы у нас не московские, поэтому в столице уже подготовимся к зимовке. Да и в принципе купим необходимое. Кроватку и автокресло не засунуть в чемодан. Тимур сказал, что мы будем жить в нашем доме.
Я не могла уснуть этой ночью, а утро наступило слишком стремительно: в четыре растолкала сына и кое-как сменила пижаму на шорты и майку.
— Зятек, — скептически произнес папа, погрузив чемоданы в багажник, — ну ты понял, да? — и показал, что сделает с паховой зоной Мантурова, если тот обидит нас.
— Никогда больше… — услышала короткое, затем Тимур подошел ко мне. — Давай возьму.
"Я попыталась возразить, но он в привычной манере все уже решил и осторожно забрал у меня сына. Егор тяжелый, и мне стало полегче, но это только физически. Морально… Сложно, все сложно. Каждый взгляд, фраза, легкое касание дышало на меня прошлым. Счастливым и несчастным. Горько-сладким. Болезненно забытым.
Город неспешно просыпался, ворочаясь в нежных утренних солнечных лучах. Я смотрела в окно, чтобы не видеть, как заботливо и осторожно Тимур держал сына.
