Алина растерянно смотрит на родителей, которые внезапно решают о свадьбе для ее будущего брака. Не верится, что это возможно, но чувство нереальности только усиливается. Внутри у Алины разгорячается война между надеждой и отчаянием, заставляя не то смеяться, не то плакать от смеха и боли....
Оборачиваюсь и вижу, что мама стоит в дверях гостиной и смотрит на меня в недоумении. Встаю с места и иду к маме, чувствуя, как полыхают щеки от стыда.
Проходим на кухню, где хлопочет мамина помощница по хозяйству, натирая бокалы до блеска. Мама смотрит на меня укоризненно, с осуждением и стыдом, а мне хочется провалиться сквозь землю и начать извиняться. Но это во мне говорит хорошая, примерная дочь Амина, а сиротка Алинка ведет себя соответственно, так же лицемерно, как они.
— Во что ты вырядилась? Что с собой сотворила? Зачем? — в шоке шепчет мне мама.
— А зачем вы подкладываете меня под этого мужика? — шиплю я. — Что вы со мной творите? Зачем? — копирую ее интонацию. Никогда так не делала, я сама в шоке от своей наглости. Но меня кидает из стороны в сторону и охватывает такой злостью и ненавистью, что хочется кричать и крушить все вокруг, чтобы меня наконец-то услышали.
— Вот ты какая, оказывается? Гены никуда не денешь, как ни воспитывай. Ты выйдешь за него замуж! Муж тебя перевоспитает! — шипит она мне в ответ.
Не выйду я замуж!
Он меня не возьмет.
А потом я сбегу с Димой и освобожу родителей от себя, неблагодарной, с плохими генами, чтобы больше не позорить.
Глава 5
Алина
За обедом с Эмином общаются только родители. Мама постоянно предлагает моему «жениху» пробовать ее блюда, все время спрашивает, вкусно ли ему, заглядывая в рот.
— Алина хотела бы продолжить обучение, — слышу свое имя из уст отца и поднимаю глаза.
— Учеба – это важно, — соглашается мужчина.
— Думаю, нужно перевестись на заочное, — добавляет мама. — Чтобы у Алины хватало времени на мужа и домашние дела.
— Я не хочу на заочное, так падает качество учебы. Общение с преподавателем гораздо эффективнее, — высказываюсь я.
— Как муж решит, так и будет! — одергивает меня отец.
— Мы это обсудим, — уклончиво отвечает Эмин, заглядывая мне в глаза. Отвечает не отцу, а лично мне. Без посредников, как делает это папа, решая за меня.
