Автор
Начало сентября 1970 года семья готовится к свадьбе Джастины О’Нил и Лиона Хартгейма. После венчания в Ватикане они едут в Дрохеду, чтобы отпраздновать это событие. Между молодоженами и их окружением назревает напряжение, связанное с отношениями и семейными узами.
Раздел Chitat.online для книги «Не вошедшие в рай, или Поющие в терновнике 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Начало сентября 1970 года семья готовится к свадьбе Джастины О’Нил и Лиона Хартгейма. После венчания в Ватикане они едут в Дрохеду, чтобы отпраздновать это событие. Между молодоженами и их окружением назревает напряжение, связанное с отношениями и семейными узами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Начало сентября 1970 года семья готовится к свадьбе Джастины О’Нил и Лиона Хартгейма. После венчания в Ватикане они едут в Дрохеду, чтобы отпраздновать это событие. Между молодоженами и их окружением назревает напряжение, связанное с отношениями и семейными узами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Дочь писала, что дела идут хорошо, и приглашала Джастину приехать к ней в гости и посмотреть, наконец, как она живет. В самом конце письма девушка вскользь упомянула, что у нее есть важная новость, которую ей хотелось бы сообщить и обсудить только при личной встрече. И Джас в ответном послании написала, что постарается скоро вырваться и навестить ее. Но не раньше чем через месяц. «Сейчас, — писала она, — это совершенно невозможно. Кино — это что-то ужасное. Ни минуты покоя, ни секунды личного времени. Но я получаю удовольствие от этой работы. Хотя, при первой же возможности, обязательно приеду».
Иногда она писала Лиону, а он в ответ присылал пространные, очень нежные и прочувствованные послания. Его насыщенные юмором письма помогали Джас, придавали ей новые силы тогда, когда, казалось бы, их не осталось ни капли и черпать их неоткуда. Но, несмотря на жесткий, больше похожий на гонку, чем на съемки, график работы, Джастина была довольна жизнью.
Однако, сколько бы времени она ни отдавала работе, семья и благополучие ее детей все равно оставались на почетном месте. Джас понимала: обе ее дочери уже достаточно взрослые девушки. Они совершают поступки, соответствующие их внутренним убеждениям и, в любом случае, ей придется волноваться за своих девочек, главное, чтобы с ними все было нормально. Чтобы они не угодили в какие-нибудь передряги. Особенно же это касалось Элен. Помня о своей, тоже, кстати, не самой спокойной молодости, Джастина беспокоилась за нее куда больше, чем за рассудительную и более сдержанную в поступках Барбару. Тем не менее, ее радовало то, что в последние несколько месяцев тон писем Элен как будто изменился, став более взрослым. Правда, Джастину несколько огорчал тот фаю, что Элен почти не пишет о своей жизни, а если и затрагивает эту тему, то очень быстро прерывает ее. Она была скупа на слова, касающиеся ее обыденных дел, но зато с большим восторгом писала о работе. Элен сходила с ума по живописи, и Джас оставалось лишь порадоваться этому."
"«Разве не прекрасно, когда человек занимается тем, что ему по душе?» — думала она, перечитывая в который раз письмо дочери и улыбаясь своим мыслям.
Поскольку с этой стороны причин для особых волнений не было, то и чувствовала Джастина себя хорошо.
Местный климат тоже пошел ей на пользу. Попав после туманной Европы под жаркие лучи радостного калифорнийского солнца, она окрепла и чувствовала себя очень здоровой. Ровный матово-шоколадный загар был ей очень к лицу. Правда, на носу и щеках снова проступили веснушки, которые раньше повергали Джастину в панику. Но сейчас это уже мало ее волновало. В жизни, как когда-то убеждал жену Лион, веснушки делали ее еще более очаровательной, а работе они абсолютно не мешали.
