Автор
Начало сентября 1970 года семья готовится к свадьбе Джастины О’Нил и Лиона Хартгейма. После венчания в Ватикане они едут в Дрохеду, чтобы отпраздновать это событие. Между молодоженами и их окружением назревает напряжение, связанное с отношениями и семейными узами.
Раздел Chitat.online для книги «Не вошедшие в рай, или Поющие в терновнике 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Начало сентября 1970 года семья готовится к свадьбе Джастины О’Нил и Лиона Хартгейма. После венчания в Ватикане они едут в Дрохеду, чтобы отпраздновать это событие. Между молодоженами и их окружением назревает напряжение, связанное с отношениями и семейными узами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Начало сентября 1970 года семья готовится к свадьбе Джастины О’Нил и Лиона Хартгейма. После венчания в Ватикане они едут в Дрохеду, чтобы отпраздновать это событие. Между молодоженами и их окружением назревает напряжение, связанное с отношениями и семейными узами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Когда он, наконец, освободился, то вопросительно уставился на девушку, и ей пришлось повторить свой вопрос:
— Как мне найти капитана Панчини?
Дежурный задумался на секунду, словно впервые слышал эту фамилию и она ему ни о чем не говорила, а потом произнес:
— А, вы та самая женщина, которая сбила сегодня человека? Кабинет капитана на втором этаже, по лестнице, потом — прямо по коридору до конца, дверь налево. Там он, по крайней мере, должен быть, если не убежал куда-нибудь, пока я отвлекся.
Выслушав его объяснения и поблагодарив, Элен отправилась по указанному пути."
"Капитану Панчини было так же жарко, как и остальным. Его кабинет с большим угловым окном находился в самом конце коридора. Несмотря на то, что обе створки окна были широко открыты, в комнате не чувствовалось ни единого дуновения ветра. Собственно, и на улице его не чувствовалось тоже, поэтому открытое окно смотрелось не более как мольба о снисхождении. Может быть, вот-вот, сейчас... Нет? Ну что же. Зато уж когда этот чертов ветер подует, я не хочу упустить свой шанс на глоток прохлады.
Капитан сидел, уставившись в одну точку и тяжело вздыхая. Он был на дежурстве уже почти пятьдесят часов и ужасно устал. Заступив еще в четверг утром, Панчини весь день бегал, собирая информацию по целой куче дел, накопившихся за последний месяц. Ему удалось поспать пять часов на жесткой и неудобной скамейке в раздевалке, а в семь часов утра в пятницу его вызвали пожарные, которые подозревали поджог на Плаза де Пиа. Вернувшись к обеду, капитан обнаружил на своем столе четыре телефонограммы. По каждой из них нужно было звонить, и немедленно. Когда Панчини разделался со звонками — один из них был от помощника медицинского эксперта, битый час объяснявшего ему анализ какого-то яда, обнаруженного в желудке одного из трупов, — то раздраженно заметил, что обеденное время уже подходит к концу. Капитан же еще не знал ни одного человека, который успел бы добежать до кафе, сделать заказ, все съесть и вернуться назад, не опоздав при этом на службу. И все за четыре минуты!
Брэндон заказал обед, но поесть не успел, так как пришлось выехать по вызову на ограбление со взломом. Потом всю ночь он вместе со всем отделением принимал участие в профилактической операции по предупреждению ограблений банков, которая затянулась до самого рассвета. Днем ему удалось ухватить еще несколько часов сна. А поздно вечером его вызвали по поводу наезда на человека.
Сейчас он тупо смотрел перед собой, пытаясь собраться с мыслями, так как с минуты на минуту ожидал прибытия этой молодой сеньоры... Капитан заглянул в ее документы. Элен Хартгейм. Американка? Нет, австралийка. По большому счету, он совершил служебный проступок, даже служебное преступление, отпустив ее с места происшествия.
