Автор
Начало сентября 1970 года семья готовится к свадьбе Джастины О’Нил и Лиона Хартгейма. После венчания в Ватикане они едут в Дрохеду, чтобы отпраздновать это событие. Между молодоженами и их окружением назревает напряжение, связанное с отношениями и семейными узами.
Раздел Chitat.online для книги «Не вошедшие в рай, или Поющие в терновнике 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Начало сентября 1970 года семья готовится к свадьбе Джастины О’Нил и Лиона Хартгейма. После венчания в Ватикане они едут в Дрохеду, чтобы отпраздновать это событие. Между молодоженами и их окружением назревает напряжение, связанное с отношениями и семейными узами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Начало сентября 1970 года семья готовится к свадьбе Джастины О’Нил и Лиона Хартгейма. После венчания в Ватикане они едут в Дрохеду, чтобы отпраздновать это событие. Между молодоженами и их окружением назревает напряжение, связанное с отношениями и семейными узами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Буквально в нескольких метрах от входа, аккуратно упакованный в полиэтиленовый прозрачный мешок, до половины заполненный кровью, висел, раскачиваясь на огромном металлическом крюке, обезображенный мужской труп.
Лицо мертвого было перекошено и раздуто, а выкатившиеся из орбит глаза страшно уставились на перепуганного до смерти сторожа. Шею убитого змеей перетягивала тонкая удавка, затянутая узлом под подбородком. Но самым страшным было вовсе не это. На трупе нигде, кроме лица и шеи, не осталось кожи. Какой-то мясник освежевал мертвеца, как корову на бойне. Весь пол, разделочный стол и кафельные стены цеха были забрызганы кровью. Тут же валялись куски плоти и лоскуты кожи."
"Сторожа стошнило. Выронив фонарь и забыв обо всем на свете, он повернулся и бросился в сторожку, чтобы вызвать полицию.
* * *
Время приближалось к двум, а Макса все не было, и Барбара начала по-настоящему паниковать. Все еще на что-то надеясь, девушка подождала до двух, и, вконец измучившись от неизвестности, решила, что ждать дальше не имеет смысла. Дрожащими от волнения руками подхватив сумочку и перебросив ее через плечо, она торопливо направилась к выходу.
«Нужно брать такси, — думала она, — и отправляться домой. Ждать дальше бессмысленно. Может быть, дома все выяснится».
Время было позднее, и Барбара достаточно долго простояла у дороги, кусая от волнения губы, пытаясь остановить какую-нибудь машину, но как назло никто даже не притормозил. Водители не рисковали брать ночью хич-хайкера, пусть даже им была привлекательная девушка. Наконец, один из них сжалился над Барбарой и согласился отвезти ее домой. За те пятнадцать минут, что они ехали по ночным улицам Провиденса, Барбара успела передумать все что угодно. В голове ее роились мысли одна ужаснее другой. Она попросила водителя остановиться на углу улицы, откуда до ее дома было не больше трех минут ходьбы. Девушка решила дойти оттуда пешком, чтобы попытаться хотя бы немного успокоиться и взять себя в руки.
Когда же водитель высадил Барбару у подъезда многоквартирного дома и умчался в дождь, девушка уже боялась даже подниматься в квартиру. Ей было по-настоящему страшно от того, что там ее может ждать что-то ужасное. Все те тревоги, которые посещали ее время от времени с того самого дня, как Макс рассказал ей о Гарри и его отце-мафиози, вновь захватили разум. Барбара, правда, пыталась успокоиться, говоря себе, что все выдуманные ею ужасы не более чем плод воспаленного воображения, пустая тревога, что сейчас она поднимется домой и обнаружит, что там все нормально, а Макс... ну, может быть, просто напился или задержался на работе и не смог приехать.
И тем не менее, слова оставались лишь словами, а в глубине души она уже ЗНАЛА точно: произошло что-то ужасное. Макс больше не придет.
