Автор
В начале сентября 1970 года Дрохеда окутана праздничной аурой. Свадьба братьев О’Нила и Хартгейма взбодрила весь поселок, будто распахнулась новая страница в истории их семей. В этой теплой весенней обстановке ждет сверкающий праздник, где любовь будет праздною музыкой для всех сердец....
— Твои клятвы не стоят и ломаного гроша! Я расскажу об этом всем! Дон Джакопо Салотти — лжец!
— Ты не смеешь обвинять меня во лжи! — крикнул дон, вскакивая.
— Конечно, смею, — язвительно засмеялся Гарри. — Еще как смею! Ты — лжец! Значит, ты убил их в Провиденсе? Чудный городок! Ты там был сам или послал туда этого ублюдка? — Гарри указал на Луччи.
Тот сидел с каменным лицом и смотрел на пылающие в камине поленья. Он и бровью не повел, услышав оскорбление в свой адрес. На лице его не дрогнул ни один мускул. Полная, абсолютная выдержка, как и положено соп- sigliori семьи.
"— Прекрати! — крикнул дон сыну.
— Почему же? — отозвался тот. — Тебя мучает совесть, отец? Хотя, у тебя ведь нет совести! У дона не бывает совести, у него есть семья! Семья — святое! Семья — все! Ты хоть помнишь свою жену, мою мать, отец? Помнишь ее? Ты ни разу не показал мне ее фотографию, не рассказал о ней. Ты берег меня для семьи! Не для счастья, а для семьи!
— Семья и есть счастье!
Гарри захохотал:
— Я же говорил, что ты — лжец! Ты сам не веришь в то, что говоришь! Даже себе ты боишься сказать правду.
— Перестань! — казалось, дона сейчас хватит удар, он покраснел и схватился левой рукой за грудь. — Прекрати! Замолчи! Заткнись!!!
Гарри внезапно успокоился. Он с некоторым удивлением смотрел на отца.
— Ты злишься на меня? Почему? Не потому ли, что я сказал правду? Не потому ли, что я был счастлив хотя бы месяц, в то время как у тебя кроме твоей семьи ничего нет?
— Прекрати!!! — сорвался на визг Джакопо Салотти.
— Ты боишься, — вдруг догадался Гарри. — Ты боишься меня!
— Перестань! Заткнись ты, ублюдок!!!
Визг дона напоминал уже вой умирающей собаки. Неожиданно для всех, в том числе и для себя, Гарри начал наступать на отца.
— Я понял! Ты боишься! Боишься, потому что я свободен! А ты — раб! Ты делаешь то, что от тебя требуют! Семья, доны, обстоятельства твоей дерьмовой жизни! Боишься потому, что я был счастлив...
— Прекрати!!! Заткнись!!!
— А ты — нет! — продолжал наступать на отца Гарри.
— Прекрати!!!
— Тебе нечего вспомнить, кроме убийств, шлюх и толпы «горилл» вокруг.
Гарри подошел к отцу вплотную и заглянул в его перекошенное лицо.
— В твоей жизни...
