В жуткой болью и гнетущей атмосфере изгнания переживала невероятные схватки. Страшный разлад натянул ее плоть до предела, влажные слезы скользили по её лицу. Она не могла вынести позор и страдание, но каждый вздох лишь усугублял кошмар.
Похоже, «(Не) Желанная герцогиня» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
То, что у него какие-то счеты с соседней страной — было бесспорно, иначе не воровал бы он коней. А может, и вовсе просто избавлялся от их наездников. И кони — это так, следствие, а не причина.
Привязанность морфа к нам несколько обескураживала. За все эти дни подготовки к отъезду он не отходил от меня и сына. Причем в моменты, когда мы разделялись, морф предпочитал оставаться с ребенком."
"Поначалу меня это напрягало и настораживало, но за вороном цепко следили мои девочки, и я успокоилась. Не сказать, что до конца уверилась в том, что опасности нет (попробуй такое сказать о том, кто осужден радраком), однако подспудно ждать подлости перестала.
Не от самого морфа, нет. Существо, спасшее нас и рисковавшее собой, точно бы не стало вредить намеренно. Но вот этот артефакт, который мог взять чужой разум под контроль, заставлял держаться в тонусе и быть начеку.
Во мне тоже происходили перемены. Я их даже не сразу начала замечать.
Во-первых, мое зрение стало острее (несмотря на молодость тела, на нем сказались и плохое обращение, и не всегда полезное и достаточное питание, да и все условия жизни в четырех стенах).
Во-вторых, я стала выносливее. Легко могла пробегать весь день и к ночи практически не устать.
В-третьих, мне хватало четырех часов на сон, чтобы встать бодрой и полной сил.
Было ли это странным? Очень. Как будто мне вкололи адреналин, и я сейчас являлась батарейкой, которая однажды все-таки перестанет работать.
Тирхан, конечно, поспешил успокоить, что это связано с магией и зарядом энергии, которым щедро со мной поделилась Священная Роса, добавив, что эффект, к сожалению, временный.
Не сказать, что меня это напрягало. Какое там! Это был самый славный подарок. Пусть и не прекрасно, но я видела в темноте, четко видела надписи и узоры с большого расстояния, да и не приходилось больше сильно склоняться над документами и щуриться, пытаясь разобраться в письме (а оно здесь было достаточно витиеватым, с завитушками, точками и росчерками).
А писать пришлось достаточно, как и читать. Все же я составила письмо для его величества (на имя Амадео писать не стали из соображения, что гадюка слишком близко к нему, а так был шанс, что письмо прежде прочтет нужный адресат), где скрупулезно расписала и дорогу до Придорожья, и нападение, а также то, что Арлис Фолк едет с нами, и до полного выздоровления останется в моих землях.
