Очень преданная королю и королевству. Ага… — Я откровенна с вами. Если для зачатия ребенка и активации дара от Священной Пары требуется мое желание и согласие, то говорить о том, что я покорно рожу от Радана — это заведомая ложь. И добровольно я на это не пойду.
— Но…
— Артус, помолчи! — приказным тоном потребовал Амадео и уставился на меня. — Правильно ли я понимаю, что вариант принцессы не вызывает у Вас неприятия?
— Он единственно возможный. Рожать от мужа я отказываюсь.
— Вы понимаете, чего просите? — тихо спросил он. — Решили стать вдовой?
— Я ничего не решила, — твердо ответила ему, глядя прямо в глаза. Ишь, какой ушлый! То сам намеки делал, то вдруг возмутился. — Я просто дала честный ответ на Ваш вопрос. А каким образом эту проблему решит Его величество, мне неведомо. Лично мне бы хотелось расторжения брака, но с возможностью воспитывать сына.
— Невероятно! — не сдержался лекарь. — Да как Вы только смеете думать о таком!
— Я бы тоже хотела знать, как смеете Вы думать о том, что я добровольно лягу под мужчину, который годами меня истязал. Издевался не только физически, но и всячески оказывал влияние на разум. Негативное. В угоду своей девке и своему эгоизму. Просто потому, что мог. Просто потому, что ему меня в жены навязали. Просто потому, что он купил меня, как дешевку на рынке, и все ему это позволили. Закрыли глаза на его бесчинства, а вспомнили обо мне лишь сейчас.
— Вы — его жена! — патетично возвестил Артус. — Ваш долг — повиноваться мужу и рожать ему детей!
— А он — мой муж. Тот, кто обязан защищать, обеспечивать комфорт. А не избивать и морить голодом, раз за разом заставляя меня скидывать детей, — я смотрела спокойно, пусть и хотелось скривиться от вида графа. — Вы же лекарь, должны видеть количество детей, которых я потеряла. Илиас родился чудом. Ваше сиятельство, Вы не сможете изменить мое мнение. Никоим образом. Думаю, что результат нашего общения с мужем Вы уже видели.
Полагаю, на всех произвело впечатление не то, что я говорила, а то, каким тоном я это говорила. Ни единой эмоции не проскочило, ни единой высокой нотки в голосе. Абсолютно ровно.
Право слово, ждать, что я начну в истерике биться — глупо. Как и то, что я вдруг сочту себя быть обязанной спать с герцогом. Не обязана. После того, как родился Илиас — точно.
— Анастейзи, но за три хода многое может измениться… — осторожно начал Амадео. — Сейчас Вам тяжело вспоминать прошлое, но спустя время, когда притупятся чувства и эмоции…"
"— Ваша светлость, буквально недавно Вы воспевали мой ум и проницательность. Не оскорбляйте меня, пожалуйста, подобными предположениями. Ни один солдат не забудет плен и пытки, которые там перенес.
— Вы слишком остро все воспринимаете, — снова влез Артус.
— Действительно.