Автор
Москва в начале двадцатых годов: на рассвете телефонный звонок прерывает сон профессора Свешникова. Его ждет неотложная поездка, ведь состояние больного стремительно ухудшается. Профессор готовится к непредсказуемому вызову, окутывая его атмосферой напряжения и неизвестности....
Давайте-ка проедем в отделение, тут недалеко, надо протокол оформить.
— Как мертвый? У него пульс, он дышит.
— Врачи сказали — мертвый. Идемте в машину. Нужен ваш паспорт.
— Он у меня дома, я живу совсем рядом. Погодите! Они даже не пытались его спасти!
— Девушка, ну врачам-то видней. Значит, как вы сказали его зовут?
— Макс Олдридж. Год рождения точно не помню, между шестьдесят четвертым и шестьдесят седьмым. Профессия — врач, онколог. Кажется, он не женат, детей нет. Из родственников вроде бы жива мама.
— Мама, говорите? Слушайте, вы уверены, что он гражданин США?
— Мы встречались несколько раз в Германии, он говорил, что живет в Америке.
— Паспорт? — капитан вытер мокрое от снега лицо и странно взглянул на Соню. — Ладно, давайте-ка пройдем к машине.
— Я никуда не пойду, пока он лежит. Тут что-то не так, — упрямо повторила Соня. — Почему они сразу уехали, почему не забрали его? Он жив, у него пульс, он разговаривал со мной!
— Может, вам послышалось? Что именно он сказал?
— Accident.
— Вот видите, потерпевший сам назвал это несчастным случаем. Ну, а еще?
— Нейропептиды.
— Чего? — капитан сморщился. — Объясните, не понял.
— Вообще пептид — любое органическое вещество, у которого молекулы по структуре как белковые, но меньше размером, — механически стала объяснять Соня, — приставка «нейро» обозначает все, что связано с нервной системой.
— Нейропептиды, — пробормотал капитан и покачал головой. — Вот надо же, помирает человек, а в голове что? Нейропептиды.
Из-за поворота с воем вылетел реанимобиль, остановился рядом.
— Что за черт, почему вторая «скорая»? — удивился капитан и пошел вразвалку к бригаде.
Соня пошла с ним, но ее остановил старший лейтенант.
— Сядьте, пожалуйста, в машину.
Не глядя на него, Соня бросилась к Максу.
— Стойте, куда? — крикнул лейтенант.
Макса перекладывали на носилки. Эта бригада в отличие от первой обращалась с ним бережно, как с живым.
— Он жив? Вы спасете его? — спросила Соня."
"— Шансов мало, но попробуем, — пожилой врач влез в фургон следом за носилками, дверцы захлопнулись, реанимобиль сорвался с места, взвыла сирена.
Несколько зевак все не расходились, в их ряды вернулась спортивная старуха.
— Ну, правильно, сейчас как раз на органы и заберут, чего ж добру пропадать, — сказал маленький тощий мужчина с длинными, крашенными в жгучий черный цвет волосами.
— Ага, точно! Это мафия медицинская работает, у них все налажено, — подхватила старуха.
