Семидесятилетняя бабушка внезапно становится молодой девушкой в фантастическом мире с дирижаблями и драконами. Ей предстоит разобраться в новой жизни, своей личности и найти своё место в совершенно чужой реальности, полной неожиданностей и опасностей.
— Господин граф, — внезапно разрушил нашу идиллию чей-то робкий голос, — прошу прощения, что отвлекаю вас от обеда…
Алекс неохотно убрал руку и обернулся. За его спиной стоял очень худой невысокий мужчина средних лет в потрепанном костюме и котелке, который он быстро стянул с головы, когда граф обернулся.
— Слушаю вас.
— Еще раз извините, что помешал. Меня зовут Альбер Эштайн. Я изобретатель.
— И что же вы изобрели? — вежливо, но без интереса поинтересовался Алекс. — Новый двигатель? Или усовершенствовали магосварочные процессы?
Изобретатель замялся.
— Нет, мое открытие в другой области. Я изобрел… маговизор.
— Что это такое?
Эштайн тут же засуетился, снял с плеча объемную сумку, порылся в ней и достал нечто, больше всего напоминавшее большую коробку с глазком и кучей проводков, перемотанных проволокой. Конструкция выглядела странно, но что-то мне отдаленно напоминала. Я сощурилась, прикинула… Маговизор… Да ладно?!
— Вот! — радостно возвестил изобретатель. — Этот прибор может запечатлевать картинки!
— Как мило, — не впечатлился граф. — Но магокарточки делают уже года два, и с каждым годом совершенствуют этот процесс. Вряд ли вы меня удивите этим — кивнул на устройство. — Извините, нам некогда."
"— Но постойте! Это не магокартограф, а маговизор! Я могу снимать не один момент, а картинку в движении!
— Совмещать несколько карточек вместе и делать демонстрации на несколько секунд тоже уже умеют.
— Но мое изобретение гораздо лучше! Только посмотрите!
Изобретатель заторопился и взвалил свою чудо-камеру на плечо. Но в процессе нечаянно зацепился одной из многочисленных проволочек за скатерть с соседнего стола, утянул ее за собой, и вазочка с цветами, стоявшими на ней, упала и со звоном разбилась. Сам горе-изобретатель от неожиданности дернулся, зацепился ногой за ножку стула, снова дернулся и, не удержав равновесия, с грохотом повалился на столик, за которым сидела немолодая пара.
Люди тут же подхватились и поспешили покинуть негостеприимное заведение. Рядом появилось два плечистых официанта, которые с неудовольствием огляделись, подхватили упиравшегося Эштайна под локти и поволокли к выходу.
— Постойте! Это же прорыв! Вам нужно это увидеть! — кричал он графу, но тот только покачал головой.
— Почему-то такие люди уверены, что если я граф, то должен спускать миллионы на их тупиковые эксперименты, — вздохнул он.
— А что, часто досаждают?
— Бывает. Особенно когда часто появляюсь в городе.
