В ушах зазвучали слова Родди: «Мы не слишком плодовитая семейка…»
– Хорошо, – почти грубо буркнула она, припомнив окончание фразы: «…хотя не потому, что не пытаемся…» – Вы краснеете, – заметил Джордан, улыбаясь одними глазами. – Любая женщина покраснела бы, если бы ей предстояло провести три месяца…
– …обнаженной и в моих объятиях? – услужливо подсказал Джордан.
Алекс наградила его взглядом, способным превратить скалу в щебенку.
– Но подумайте о том, как рискую я, – усмехнулся Джордан. – Что, если я потеряю голову и стану рабом вашего те… вашей красоты? – поспешно поправился он, положительно излучая веселость и добродушие. – А вы исчезнете, увозя с собой деньги и всякую надежду на получение законного наследника?
– Вы, кажется, ни секунды не сомневаетесь, что я способна на это, – раздраженно рявкнула Александра.
– Совершенно верно.
Именно его невыносимо дерзкая ухмылка и несгибаемое высокомерие заставили Александру круто повернуться И направиться к двери.
Джордан едва успел поймать ее за руку и потянуть назад.
– Вы не покинете меня, пока мы не придем к соглашению, – спокойно и властно бросил он. – Либо мы заключаем пари, либо я увезу вас в Хоторн под стражей, если понадобится, и не обещая ни гроша, даже если вы через три месяца решите уйти.
Он снова прав: положение самое безвыходное. Подняв голову, Александра взглянула мужу в глаза и с неприязнью прошипела:
– Пари.
– Вы согласны на условия?
– С величайшей неохотой, ваша светлость, – процедила она и, выдернув руку, шагнула к двери.
– Джордан, – сказал он ей вслед. Александра повернулась:
– Прошу прощения?
– Меня зовут Джордан. Пожалуйста, на будущее помните это.
– Предпочитаю не звать вас по имени. Предостерегающе подняв руку преувеличенно-насмешливым жестом, Джордан предупредил:
– Милая, будьте поосторожнее, иначе проиграете пари меньше чем за пять минут. Вы согласились быть послушной, любящей и покорной женой. Я предлагаю вам звать меня по имени.
Пронзив мужа негодующим взглядом, Александра, однако, величественно наклонила голову:
– Как пожелаете.
Александра уже вышла из кабинета, прежде чем Джордан сообразил, что она умудрилась вообще никак не назвать его. Едва заметно улыбаясь, он рассеянно повертел в руках пресс-папье, предвкушая чарующие, сладостные дни в сельском поместье вместе с обольстительной, хотя и чересчур упрямой женой.
Глава 24
Восемь сопровождающих в ливреях, на гарцующих конях с бордовыми флажками, на которых золотом сиял герб герцогов Хоторнов, ехали впереди процессии, состоявшей из великолепной кареты Джордана и трех других, с багажом и слугами. Еще восемь сопровождающих следовали позади. Весь день они проезжали бесчисленные деревни, поля и луга.