Автор
В Нечто чудесное — мир безграничного желания и мгновенных перемен. Блондинка с обнаженными формами прячется от глаз, пристально всматриваясь в молодого человека, а тот выглядывает на улицу, где веселятся гости. Так начинается этот дьявольски манящий роман, полный необъятных возможностей и невероятных пертурбаций....
Улыбка Александры померкла при мысли о красивом одиноком мальчике, вынужденном стараться во всем превзойти своих сверстников.
Джордан заметил сиявшую в ее глазах нежность и усмехнулся, совершенно не подозревая, почему ее отношение к нему так разительно изменилось.
– А что делала ты?
Александра неловко пожала плечами:
– По большей части мечтала.
– О чем?
Уже не помню.
К счастью, Джордан избавил ее от необходимости отвечать. Повернувшись лицом к лесу, он недоуменно нахмурился.
– Что это? – удивился он и, выпрямившись, зашагал к поляне, в середине которой возвышалась мраморная пирамида с высеченными на ней словами:
Джордан Эддисон Мэттью Таунсенд Двенадцатый герцог Хоторн Родился 27 июня 1786 года Умер 16 апреля 1814 года Джордан, очевидно, не поверил собственным глазам и с видом неописуемого, почти комического отвращения осведомился у Александры:
– Энтони засунул меня сюда, в самую глушь? Неужели я, по его мнению, не заслужил даже места на семейном кладбище?!
Александра невольно хмыкнула, удивляясь столь забавной реакции на свою предполагаемую гибель, увековеченную в мраморе.
– Там тоже стоит памятник. Но я… мы посчитали, что это такое чудесное место… и решили поставить небольшой знак в память о вас.
Она помолчала, не зная, заметил ли Джордан, что полянка расчищена и вокруг высажены цветы, но, не дождавшись ответа, весело добавила:
– Вы не замечаете здесь никаких перемен? Джордан огляделся, равнодушный к безмятежной красоте, созданной руками Александры.
– Нет. А разве что-то изменилось?
Александра закатила глаза в притворном отчаянии:
– Ну как вам не стыдно! Не обратить внимания на такой чудесный цветник!
– Цветник! – воскликнул он без особенного интереса. – Да, теперь я вижу.
Он отвернулся, но Александра не желала сдаваться:
– Вы хорошо разглядели? Скажите, не оборачиваясь, какого они цвета. Джордан насмешливо покачал головой и, взяв ее под руку, повел к дому.
– Желтые? – немного подумав, объявил он.
– Розовые и белые.
– Почти угадал, – пошутил Джордан. Но по пути домой почему-то впервые заметил, что розы, обильно цветущие на ухоженных клумбах, разделены по оттенкам и нежно-розовые напоминают о губах Александры. Слегка смущенный столь не присущей ему чувствительностью, которую она пробуждала в нем, Джордан посмотрел на ее склоненную головку. Однако следующая мысль оказалась еще более постыдно-сентиментальной: до его дня рождения осталось меньше недели.
