В холодном городе Грааг необычайно белый снег приукрашивает старые улицы, делая их напоминанием о празднике. Я шагаю среди этих славных стен в поисках отражений прошлого и мгновенного будущего, когда каждый путь становится частью истории.
На лице Эн появилась горькая усмешка, и Арманиус понял, о чём она вспомнила.
— Ты достойна быть магистром, — продолжил он и удивился горячности собственного голоса. — На самом деле ты достойна как минимум звания архимага, и резерв тут ни при чём. Я был не прав тогда, на вступительном экзамене.
Она замерла. Подняла на него изумлённые глаза и, отпустив введённую иглу, медленно выпрямилась.
— Вы… вспомнили?
— Можно и так сказать. Ты… Эн, я не знал тебя. Бывали случаи, когда мы брали в университет очень упорных молодых людей с пятнадцатью-двадцатью октавами, но толку из них чаще всего не выходило.
— Ну да… — пробормотала она, отводя глаза. — Не пятнадцать.
— Эн…
Берт сам не осознал, зачем вдруг подался вперёд — и для чего он это сделал? — и зашипел от резкой боли, прошедшей по всему телу.
— С ума сошли!!! — закричала тут же Эн, укладывая его назад на диван и начиная ощупывать.
— Прос…
— Молчите!!
Тонкие проворные пальцы бегали то тут, то там, что-то поправляя, нажимая и вытаскивая — и боль потихоньку уходила. А Эн всё бормотала:
— Глупый… ну как так можно… вся процедура насмарку… не дай Защитница, повредили себе что-нибудь… Вот зачем вы встать решили, а?! Что за дурь такая?!
— Я…
— Нет! Молчите! Не вздумайте говорить ни слова! Иначе я вас… я вас задушу!!!
Она всё бормотала и бормотала, а Берту хотелось смеяться.
"Как же так получилось, что за десять лет учёбы он ни разу не заметил её? Почему был настолько слеп, куда смотрел?..
Глупый. Она правильно сказала. Хотя можно и резче.
Идиот.
* * *Когда я выходила из дома Арманиуса, меня слегка трясло.
Из-за всего сразу.
Вздумал тоже — пытаться подняться во время процедуры! И с чего вдруг?! Защитница, как же хорошо, что он ничего себе не повредил! Я успела всё поправить, хотя больше, чем поправлять иглы, мне хотелось стукнуть архимагистра чем-нибудь по голове за лишнюю дурь.
И эти слова… «Я был не прав»… Раньше, наверное, я была бы безумно счастлива их услышать. Но теперь мне было немного больно. Больно, что он признал это только сейчас, когда я прошла уже такой длинный путь. Больно, что он вообще вспомнил о том моём унижении. И как умудрился? Применил что-нибудь, скорее всего.
