В холодном городе Грааг необычайно белый снег приукрашивает старые улицы, делая их напоминанием о празднике. Я шагаю среди этих славных стен в поисках отражений прошлого и мгновенного будущего, когда каждый путь становится частью истории.
Небольшой мутноватый камешек неправильной формы, в котором будто бы туман клубился — значит, заполнен чьими-то воспоминаниями. Интересно… и зачем он здесь?
Но записка меня сейчас интересовала больше.
Почерк её автора я узнала сразу, хотя до этого видела всего лишь одно слово, написанное этим человеком. Сейчас слов было больше, но они меня совсем не порадовали.
«Если я не вернусь, вас с Арманиусом эвакуируют из столицы. Кристалл посмотри, а потом отдай Берту или Γектору Дайду».
Если я не вернусь…
Меня резко затошнило, и есть расхотелось окончательно.
* * *"
"Дворцовая площадь была поделена сейчас на две зоны. В первой, сразу перед храмом Защитника, стояли аристократы, в основном архимагистры, но не только — Велмар Агрирус, как ректор университета, там тоже был. А вот во второй зоне находился обычный люд — наблюдатели из простого народа, те, кто пришёл на площадь, чтобы просто поглазеть на церемонию.
Зоны, как обычно, были отделены друг от друга неширокой пустой полосой, зачарованной так, чтобы никто не мог туда ступить. Аристократия оставалась возле храма, а остальные люди ходили по площади, и всё выглядело как всегда, как обычно. Знакомых лиц в толпе Берт не замечал. Хотя, нет, одно было — Рон Янг стоял с левого края площади, и даже издалека было понятно, как он бледен.
Аристократы располагались двумя полумесяцами — слева и справа от Храма, — освобождая место в центре для Арена. Народ на площади пока ещё перешёптывался, и это тоже было как обычно. Необычным было другое — господа титулованные маги хранили молчание.
Были среди них и члены семьи Альго. Берт увидел и Аарона с Анной, которые, улыбаясь, о чём-то беседовали друг с другом, и хмурого Алвара, и сосредоточенного Арчибальда, и еще нескольких родственников Арена.
И небо было голубым и безмятежным, и там, высоко-высоко, спокойно парила какая-то птица… А Берту это всё напоминало те самые мгновения, когда Γеенна на пару минут замирала, чтобы потом выстрелить очередными смертельно опасными демонами.
Широкие двери храма распахнулись, и оттуда под рёв толпы на площадь ступил император. В парадном бело-золотом мундире, но в кроваво-красной мантии — как символе огня и крови Защитника.
