Автор
В комнате наступило мрачное напряжение: незнакомка извернулась в кресле, зло глядя на ученицу, словно скрывая злые мысли за стальными очками. Ученица взглянула на учебник, уставившись на нечто невидимое - в комнате царил тихий, напряженный гнет, как будто каждый воздух обжигал кожу своей мрачной свирепостью....
– Я сказала, что не хочу, но ты к нему уже села, – огрызнулась я, поймала её обиженный взгляд и вздохнула. – Ладно, прости. Я не в адеквате.
– Я вижу, – хмыкнула она. – Что делать будешь?
– А что тут можно сделать? – удивилась я. – Ничего. Плюнуть, растереть и жить дальше. Если меня, конечно, в нашем гадюшнике не сожрут.
– Что даже не поговоришь с ним?
– Нет, – я непроизвольно сжала зубы, чувствуя уже знакомую волну ненависти, поднимающуюся откуда—то из глубины. – Обойдется!
– Ну он ведь вроде поссорился с этими друзьями, ты же сама говорила, – осторожно заметила Уля.
– Друзьям он морды бил уже потом, – проговорила я зло, – когда со мной переспал. А до этого совесть ему ни в каком месте не жала. Уля, пожалуйста, давай закончим этот разговор. Еще слово о Цареве – и я просто уйду. Или стукну тебя чем-нибудь тяжелым.
– Это только доказывает, что он все еще тебе небезразличен…
– УЛЯ!
– Молчу-молчу. Ты будешь доедать корзиночку или я могу ее забрать?
– Забирай, – вздохнула я и пододвинула к ней пирожное.
– Какая встреча! Доброе утро, Кристина. Приятно тебя видеть для разнообразия одетой, – у дверей кафетерия стояла ухмыляющаяся Марго. С ней не было никого из парней, но от нее все равно веяло ощутимой опасностью – уж слишком недобро она на меня смотрела.
– А мне неприятно тебя видеть, – храбро ответила я. – Будь так любезна, оставь меня в покое.
– Не могу, – извиняюще развела она руками, – ты мне кое-что должна.
– Я?!
– Ты, малыш.
Я настолько офигела от услышанного, что натурально потеряла дар речи. Просто открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыба, силясь сказать хотя бы слово. Марго с неприятной усмешкой смотрела на мои жалкие попытки заговорить.
– Пошла вон, – вдруг громко и звонко сказала ей Уля. – Никаких денег тебе Кристина не должна, ясно?
– Мне ясно, что кому-то надо жрать меньше, а то у тебя скоро глаза жиром заплывут, – фыркнула Марго, ничуть не смутившись. – Так что прикрой свою пасть, убогая. А ты, малыш, подумай своими куриными мозгами получше. Думаешь, у меня нет ничего, за что стоит заплатить бабосы?
Я побледнела. Фотография…
Впрочем, может, Марго и блефует.
