Автор
Смрад гниющих внутренностей и холодный металл игорного автомата — вот атмосфера в кутузке уголовников. Кровавая расправа, казнь по приговору суда, где каждый шаг и нотка подозрения вынуждает тебя остаться наедине с кровью и страхом за свою жизнь. Неестественный отбор — это история о жизни на грани закона, где каждое слово и каждый движок скрыт в тени и ожидании, когда черная зона становится светлой стороной реальности....
Мы разожгли костёр, повесили над огнём котелок, в который заранее зачерпнули воды, когда проходили мимо ручья, и уже приготовились слушать историю об очередном увлекательном приключении профессора, как Жухлый занял боевую стойку и утробно зарычал. А спустя мгновение сорвался с места и скрылся за деревьями.
Первое, что я подумал — опять учуял какого-нибудь зверька, что очень даже хорошо, потому как не придётся делиться ужином. Но не успела эта мысль угаснуть, как где-то вдалеке раздался девичий визг.
Я ломанул в чащу под стать Жухлому.
На мгновение я замер, прислушиваясь к ночному лесу, чтобы сориентироваться. Крик не повторился, зато удалось отчётливо разобрать рычание Жухлого.
Я подкорректировал направление и снова перешёл на бег, уворачиваясь от веток буквально в самый последний момент.
Вскоре я выскочил на поляну, где и обнаружил зверя, пытавшегося забраться на дерево. Увидев меня, он тут же рванул к хозяину, что вызвало испуганный вскрик из-за ветвей. Наверняка девчонка решила, что волк непременно должен меня сожрать. Однако повалив меня на землю, Жухлый принялся лизать мне лицо своим вонючим языкам.
— Фу, отвали, чудовище, — отмахнулся от питомца я.
Поняв, что играть с ним никто не желает, волчонок вернулся к предыдущему занятию: злобно зарычал, но при этом взялся игриво скакать вокруг дерева, на которое загнал перепуганную деви́цу.
Я подобрался поближе и направил фонарик вверх. Свет выхватил из темноты её испуганное лицо, которое она тут же прикрыла рукой, защищая глаза от яркого луча.
— Stop, that’s enough, — попросила она.
— Чё? — спросил я, не разобрав ничего, кроме слова «стоп».
Спустя мгновение до меня дошло, что именно не так, и я отвёл фонарь немного в сторону.
— Please take the dog away, — снова прозвучала непонятная фраза.
— Ты нерусская, что ли? — задал я идиотский вопрос.
— Я не понимать, — жутко коверкая язык, произнесла она.
— Вот и я ни хера не понял, — буркнул я, а затем прикрикнул на зверя: — Жухлый, фу!
Волчонок тут же прижал уши, виноватой походкой подошёл ко мне и уселся рядом.
