Автор
Смрад гниющих внутренностей и холодный металл игорного автомата — вот атмосфера в кутузке уголовников. Кровавая расправа, казнь по приговору суда, где каждый шаг и нотка подозрения вынуждает тебя остаться наедине с кровью и страхом за свою жизнь. Неестественный отбор — это история о жизни на грани закона, где каждое слово и каждый движок скрыт в тени и ожидании, когда черная зона становится светлой стороной реальности....
Но меня не трогали. Возможно, не хотели ещё больше накалять обстановку.
Сколько прошло? Минут пять? О чём вообще можно столько трепаться? Хотя, зная привычку Семецкого молоть языком, эта беседа рискует затянуться надолго. Чёрт бы его побрал, этого профессора! Может, стоит заглянуть и самому задать нужные вопросы?
Я замер у переборки и несколько секунд пялился на неё, не зная, как лучше поступить. Здравый смысл победил, и я вновь принялся наматывать метры.
В момент паузы Жухлый уселся рядом, но как только я продолжил движение, подскочил и засеменил следом, не забывая жалобно присвистывать.
— Да ты задрал уже, в самом деле! — прихлопнул костями домино о стол один из офицеров. — Чё ты мельтешишь-то здесь⁈ Иди, на хер, на улицу и ходи там, пока ноги не отвалятся.
— Чё ты там вякнул⁈ — Я моментально ухватился за повод.
— Думаешь ты крутой⁈ — Он выхватил пистолет и направил его мне в лицо. — Ну давай, попробуй дёрнуться…
— Мельников, отставить! — рявкнул мужик, сидящий напротив.
Капитан на мгновение отвлёкся, и я тут же взял его на болевой приём, выкрутив руку с пистолетом таким образом, что он при всём желании не смог бы шевельнуть пальцами.
Ствол с гулким стуком упал на пол, покрытый ковролином, а капитан зашипел от боли в заломленном суставе.
Реакция не заставила себя долго ждать. Военные повскакивали с мест, и теперь на меня смотрело не менее десятка стволов.
Пришлось отпустить капитана. Но предварительно я решил добавить ему ощущений и как следует пнул по рёбрам, заставляя скрючиться в позе эмбриона.
— Оно тебе надо было? — с нескрываемым сожалением поморщился майор, который, в отличие от остальных, никак не отреагировал на мою выходку. — Под арест его. За нападение на офицера. Пусть пару суток на «губе» посидит, успокоится.
— Руки за спину! — скомандовал шустрый лейтенант, и я не спеша выполнил команду.
Как только на запястьях сомкнулись наручники, поверженный капитан, который уже поднялся с пола, сунул мне кулаком в живот. Было больно, но не так, чтобы невозможно стерпеть.
Жухлый отреагировал на происходящее согласно своим инстинктам: бросился мне на выручку. И дай бог здоровья адекватному офицеру, который применил против волчонка шокер, а не пистолет. Электрический разряд сковал мышцы зверя и вырубил его.
— Отставить, я сказал! — рявкнул на подчинённого майор.
