Автор
Какой смысл в идеалах, если они принадлежат другим? В академии все знают меня как (Не)идеальную девочку — всегда улыбающуюся, безупречно выглядящую и бесконечно общительную. Но сегодня моя голова кипит от внутреннего противоборства: ведь именно из-за таких вот идеалов я и чувствую такую нехватку. Головокружение взрывается в моей черепной коробке, будто землетрясение проникает прямо во мне....
И какого хрена со всем этим делать? План-то есть, но с Настей всё всегда идёт не так, как надо. Без зазрения совести закидываю в бардачок пачку презервативов. Тормозить не собираюсь. Доведу дело до победного, если она не съедет. Может, хоть тогда отпустит. Не позволю ей оттолкнуть. Пробью, наконец, эту стену.
А если не даст?
— Сука! — мне эти мысли чердак дробят.
Закрываю машину и поднимаюсь в квартиру, скидываю кросы и падаю на кровать. В нос сразу ударяет слабый, но ощутимый запах кокоса и ванили. Всё постельное им пропиталось.
Ощущаю давление в паху.
— Заебись, бля! — рычу яростно.
Поднимаюсь и тащусь в ванную. Что такое горячая вода я уже забыл. Вот только и ледяные струи не помогают остыть.
Сжимаю пальцы на члене. Передёргиваю четвёртый раз меньше чем за сутки.
Прям маньяк озабоченный.
Когда кончаю, выдыхаю её имя. Ведь, блядь, весь процесс перед закрытыми веками представлял. Мусолил каждый момент: аромат, вкус, стон, гладкую кожу, упругие сиськи, острые соски, округлые бёдра, истекающую влагой промежность.
До одиннадцати я точно не доживу. Ополаскиваюсь и нагишом достаю телефон. Набираю Тохе. Тот отвечает на третьем гудке.
— Чем занят? — перехожу сразу к делу.
— Хернёй страдаю. — отбивает приятель. — А что, есть предложения?
— Поехали, погоняем.
— Не думал, что вспомнишь обо мне. — тянет с искусственной обидой.
— И когда я тебя кидал? — буркаю с теми же интонациями.
— Со вчерашнего вечера? — подкидывает ответ.
— Бля, Тох, не еби вола. Едешь?
— Еду. Только на один вопрос ответь.
— Ну чё ты как целка ломаешься. Не купишь конфету — не дам. — дразню фальцетом.
— У тебя с Мироновой серьёзно?
Началось, бля…
Весь день из меня признание вытряхивает. А я уже задолбался себя материть, что при нём и Заболоцкой тот разговор с Настей начал. Не тормознул вовремя. Стоило мою идеальную девочку увидеть, и все устои разом разорвало.
— А если и так? — рублю на полном серьёзе.
— Охуеть не встать. — всё, что выдаёт он.
— Ты на тачке?
— На сервисе.
— Буду минут через сорок.
— Окей. — отбивает звонок.
Натягиваю боксеры, джинсы и футболку. Сигарету закуриваю ещё в подъезде.
Пока добираюсь до Тохиного дома, скуриваю ещё штук пять. Таскает меня до сих пор. Нервы натянуты уже настолько, что ещё одна неправильная мысль и разлетятся разорванными струнами, располосывая все внутренности в кровавую массу.
На каждом светофоре тяну руку к мобиле, чтобы написать Насте.
