Автор
Какой смысл в идеалах, если они принадлежат другим? В академии все знают меня как (Не)идеальную девочку — всегда улыбающуюся, безупречно выглядящую и бесконечно общительную. Но сегодня моя голова кипит от внутреннего противоборства: ведь именно из-за таких вот идеалов я и чувствую такую нехватку. Головокружение взрывается в моей черепной коробке, будто землетрясение проникает прямо во мне....
Но за это, — тычет пальцем в нос, — ты ещё ответишь.
В этот момент его телефон оживает. На экране высвечивается домашний номер. Не думал, что ими кто-то ещё пользуется.
— Привет, Миронова. — выдаёт в трубку, а у меня внутри всё узлом сворачивается. Мотор заходится в бешенной скачке, прошибая грудачину. Хочу выдрать мобилу из его лап и услышать голос моей девочки. — Слушай, тут дело такое… — не заканчивая фразы, передаёт мне трубу.
Хватаю, как самую желанную вещь на свете и прикладываю к уху.
— Какое дело? Арипов? Алло.
Забиваю на всё. Уже несколько часов как одержимый себя веду, так что насрать на Тоху.
— Привет, малыш. — выдыхаю очень тихо.
— Артём? — удивляется Настя.
Значит узнала. Проклятая мышца начинает остервенело пробивать себе путь наружу.
— Мы не договорились на счёт вечера, а твой телефон… — говорю спокойно, хотя внутри ураган бушует, разрывая на куски. — В общем, прости за него. Я новый куплю.
— Не надо, Артём, я уже купила. Только на восстановление номеров пару дней надо.
Сердце заходится ещё пуще прежнего, хотя думал, дальше уже некуда. Не замечая, начинаю тянуть лыбу, как упоротый.
Антон с подозрением косится на меня, а когда отвечаю, качает головой и, вытаскивая из пачки сигарету, выпрыгивает на улицу.
— Я тоже, маленькая. Блядь! Всего несколько часов, а уже свихнулся. Вот что ты со мной делаешь, а? — хриплю почему-то так же тихо.
Дыхание срывается. Кислород перестаёт поступать в лёгкие.
Кто-нибудь, скажите моей поехавшей крыше, что это ненормально.
— А ты со мной, Тём? — осторожно выдыхает, а меня, сука, на куски рвёт.
За рёбрами такой пожар разгорается, что грозит превратить меня в горстку пепла.
— Насть… — голос срывается, — Я… Да блядь! Пиздец просто! Прости.
Она смеётся и в животе растекается жгучее тепло. Да, много хрени она из меня вытащила.
— Я тоже, Тём… — замолкает. — Мне пора. — сбрасывает вызов, а я так и продолжаю сидеть с мобилой у уха и слушать гудки.
Что-то мне подсказывает, что к ней заявился женишок.
Сжимаю трубу, пока она хрустеть не начинает. Торможу. Если начну уничтожать все гаджеты, то скоро разорюсь. Сжимаю кулаки и выдыхаю сквозь плотно сжатые зубы.
