Автор
В дружном доме Львовича два сердца: один трепещет о любви, другой — об интересах. Дима не знает, встретит ли он сильного врага или близкого друга на ужине родителей. Этот роман рассказывает о секретных связях и неожиданных предательствах между двумя семьями, проникая в тайны домашнего очарования и чужих интересов....
Я захлопнул дверь и рванул с парковки, одновременно набирая Арса и объясняя ситуацию. Мне нужна компетентная оценка человек при власти и погонах.
— Встречаемся в Серебряном бору, у дома, — и отключился, влетая на третье транспортное кольцо. Мне понадобилось полчаса, чтобы добраться из центра. Арс с двумя своими парнями стоял поодаль. Все в штатском, никаких мигалок: мужики стоят, курят, о своем трындят.
— Здорово, парни, — пожал всем руки, затем с Арсом отошли. — Что делать? — я реально не мог осмыслить, поверить, принять.
— Не гони коней, — сжал плечо, поддерживая, — возможно, сиделка не так поняла. Поговори с ним, выясни, по ходу будем решать.
— Если он опасен… Я не могу рисковать Аленой и детьми. Но тюрьма…
Мы с Арсом обменялись понимающими взглядами. Что-то в любом случае нужно будет делать.
Я отправился в дом. Кивнул Анне Эммануиловне и направился в кабинет. Отец сидел в коляске и смотрел в окно, ругался с кем-то шепотом.
— Зачем? — только и спросил я.
Он повернулся, посмотрел на меня удивленно, глаза сузил недовольно.
— Что ты здесь делаешь? У тебя плавание по расписанию! Прогулял, сопляк!
Я опешил, ошарашенно рассматривая его. Это не шутка?
— Я давно вырос, отец, — ответил сухо. — Ты забыл?
Он приложил дрожащую руку к глазам, потер остервенело, вздернул голову и выглядел прежним. Почти.
— Конечно, нет! Чего тебе? Передумал акции продавать?
— Нет. Я хочу знать, что ты задумал? Ты нанял кого-то навредить Алене?
На мгновение его глаза сделали испуганный круг в глазницах, затем вернулось прежнее непробиваемое выражение.
— Что с того? Еще спасибо мне скажешь. Бабы — суки, а я — твоя единственная семья. Наследниками будут ее дети, а ты опекун. Деньги останутся при нас.
— Ты свихнулся, — покачал головой. Больной. Сумасшедший старик. Царь Кощей над златом чахнущий. — Там на улице ждет Арс Ковальский: тебя посадят, а я, как твой наследник, продам к хренам все акции и твою любимую компанию, твоего дорогого ребенка, — да, «Теско» реально его истинное дитя, — раздробят и продадут по частям.
— Ты не посмеешь! — выдохнул со свистом. — Я не позволю!
— Да кто тебя спрашивать будет, — саркастично бросил. — Быстро рассказывай, что и кому приказал. Ничего у тебя не выйдет. Алену охраняют, а ты хоть с души лишний камень снимешь."
"Отец смотрел презрительным, нечитаемым взглядом, затем сквозь зубы прошипел:
— Валере приказал избавиться от девчонки.
Телохранителю из «Теско»?! Подонок.
