Автор
В зале суда, где воздух напоминал густую грязную воду, колонист Колтон Эрриксон признался в взятке. Его приговор был суров и немедленно вступил в силу. Однако его слова не были поводом для душевной боли — лишь холодный расчет судьи и тяжелый бит стула, словно топор над шеей невиновного, который подпрыгнул под ударами....
Похоже, «Некровные узы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Тина, думаю, пора сообщить твоему отцу счастливую весть.
До крови впившись ногтями в ладони, я не решалась поднять взгляд на папу. Боже, всё пошло совсем не так, как я хотела. Хуже просто быть не могло.
— Какая новость, дочка? — голос отца стал тихим, едва слышным.
— Алекс... мы... — я пыталась проглотить панику, — мы с Алексом помолвлены. Он сделал мне предложение... в эти выходные в Барселоне, и я сказала «да», — заставив поднять глаза на отца, я постаралась звучать твердо. — Я люблю его, пап.
За столом воцарилось гробовое молчание.
— Пап...
— Нееет! — отчаянный крик разорвал спёртый воздух помещения. — Неет! Ни черта! Ублюдок! — отец брызгал слюной и трясся, от чего стал походить на сумасшедшего. — Ублюдок! Ты это мне назло! Касался моей девочки своими грязными преступными лапами! Я убью тебя! Убью!
Надзиратель сорвался с места и обхватил отца за локти. Он извивался и пинался, продолжая выкрикивать страшные слова обвинений и проклятий, пока мужчина тащил его к железной двери.
От этого жуткого зрелища и его ужасных слов я закрыла лицо руками и зарыдала.
— Тина! Милая! Не делай этого! Беги от него!
— Ты ничего не можешь изменить, Колтон, — произнёс Алекс, притянув меня к себе. — Мы поженимся. Нравится тебе это или нет.
Всхлипнув, я прижалась к его плечу, пытаясь найти успокоение. Папа никогда не примет наш брак, теперь я это точно знала.
Домой мы ехали молча. Моя голова покоилась на груди Алекса, пока он поглаживал мои волосы.
— То, что произошло, не повод для грусти, Тина. Я знал, что так будет.
— Почему он так ненавидит тебя, Алекс?
— То, что твой отец испытывает ко мне, нельзя назвать ненавистью. Он презирает меня и до смерти боится. Гремучая смесь. Но, как я уже говорил, мне плевать на его мнение.
Я подняла на него красные от слёз глаза.
— Я надеялась, что когда-нибудь вы сможете нормально общаться.
— Этого никогда не случится, Тина. Потому что я презираю твоего отца в равной степени.
Я была слишком раздавлена случившимся, чтобы пытаться спорить с ним. Вернувшись в свою комнату, нашла в тумбочке успокоительное и выпила две таблетки. Что произошло между этими мужчинами, что они так относятся друг к другу? Казалось, весь мир был против нас с Алексом. Даже у самого близкого мне человека я не смогла найти поддержки.
Через полчаса таблетки подействовали, веки отяжелели, тяготы дня становились размытыми и далёкими.
