Автор
В зале суда, где воздух напоминал густую грязную воду, колонист Колтон Эрриксон признался в взятке. Его приговор был суров и немедленно вступил в силу. Однако его слова не были поводом для душевной боли — лишь холодный расчет судьи и тяжелый бит стула, словно топор над шеей невиновного, который подпрыгнул под ударами....
Похоже, «Некровные узы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Для жертвы изнасилования в твоих трусиках чересчур влажно, Тина.
Лицо Алекса было так близко, а я так беспомощна, что, повинуясь гневному порыву, смачно в него плюнула.
— Пошёл ты.
Я с ужасом ждала, что он закричит на меня или даже ударит, но вместо этого на его губах появилась хищная усмешка. Собрав слюну пальцами, Алекс втянул их в рот и демонстративно облизал, после чего его губы жадно накрыли мои и он до упора вошёл в меня. Вскрикнув, я машинально обхватила его шею руками. На глазах выступили слёзы, как в самый первый раз.
Ненавидела ли я его в тот момент? Наверное, должна была. Но тело и сердце никак не хотели прислушиваться к доводу разума. Меня засасывало, тянуло к нему кожей, наполненность им внутри меня казалось такой идеальной и такой правильной. Словно вот так всё и должно было произойти. Словно мне необходимо было увидеть его кровь, боль, злость и ярость, чтобы он несдержанно рвал меня на части, был также глубоко и осязаемо внутри меня, как он был в моём сердце. Лишь настолько сильные эмоции могли меня излечить.
Впервые я видела Алекса без его обычной сдержанности. Сейчас он походил на сорвавшееся с цепи животное, которое наслаждалось долгожданной свободой. Он вколачивал меня в жёсткий пол, так что позвонки стирались в кровь, и копчик саднило, а мои тело и душа воскресали с каждым его движением. Все эти полные боли и отчаяния две недели куда-то исчезли, растворились. Был лишь он во мне, его горящие глаза без намёка на равнодушие, безумные и честные."
"— Я мог бы сжать твою шею, — он сомкнул руку на горле, — и выжать из тебя каждую каплю крови, пока её совсем в тебе не останется.
Закрыв глаза, он прижался ко мне поцелуем, и я ему ответила. Ответила со всем жаром, болью, тоской и своей отчаянной, такой неправильной любовью. Сжимала его плечи, бормотала слова любви, царапала ягодицы, умоляя любить меня снова и снова.
Мы катались по полу, яростно целуясь и растворяясь друг в друге, два потерянных одиноких человека, которых судьба свела вместе ложью и жестокостью, и которые должны ненавидеть друг друга, но по какой-то причине не могли.
Глава 31
После визита к отцу у меня не было сил ехать на учёбу, и я попросила Эйба отвезти меня домой. По выражению моего лица отец понял, что я знаю всё. В его же глазах я нашла подтверждение, что каждое слово, сказанное Алексом, было правдой.
