Эта Мышка умеет выводить из себя за долю секунды. Со своим профессором…
Не думай о нем, Арон. Не думай. Поздно!
– Господин! – взволнованно выкрикивает хозяйка таверны, видя, как в моей руке лопнул стакан. – У вас кровь! Давайте я обработаю!
– Пустяки, – отмахиваюсь я.
За злостью боли от раны, правда, не чувствую. Лишь онемение. Но кровью могу залипать тут все.
Хватаю льняную салфетку, обматываю ладонь, а затем достаю монеты, что покроют все это досадное недоразумение."
"Выхожу из трактира. Втягиваю прохладный ночной воздух, хочу остудить разгоряченную от злости плоть.
– Арон, – голос знакомый.
– Лилит, что ты тут делаешь? – смотрю на взволнованное лицо Незнакомки. Ночь на улице, а она вышла в одном лишь тонком платье. Одна. К таверне.
– Увидела тебя из окон гостевого дома. Не могла уснуть, все время думала о тебе, – шепчет она, немного подрагивая плечами.
– Я уже все тебе сказал.
– Я помню, – спешит заверить она, хочет потупить глаза, но не проходит и секунды, поднимает взгляд на меня. – Но я скучаю по тебе. Безумно, – поёт её голос, а тонкие изящные руки робко тянутся ко мне. Лилит смущенно улыбается и подается ближе. Так, что не остается сомнений в том, чего она хочет.
– Проведи со мной эту ночь.
Глава 24. Теперь чужая
Элла Блейк:
Солнце медленно заполняет чужую спальню. Наверное, нужно сказать мою или нашу с Ароном, но язык не поворачивается.
На руке вязь, свидетельствующая о том, что отныне я жена своего мужа, но все равно не могу принять этот факт.
За всю ночь я так и не сомкнула глаз, опасаясь, что Арон вернётся. Но он не пришёл.
Та дверь, которая едва не слетела с петель, открылась лишь раз, когда пришла прислуга, чтобы помочь мне переодеться в ночную сорочку, но я справилась без неё.
Кровать Арона в разы мягче моей, постельное белье нежнее и теплее, но мне тут неуютно. Потому и сижу в одном из кресел у камина и гляжу в окно, пытаясь представить, какой будет теперь моя жизнь, каким будет этот день.
Стук в дверь отрывает от размышлений. Та же молоденькая прислуга зовет к завтраку, постоянно уводит от меня взгляд, будто что-то скрывая.
– Как я могу к тебе обращаться? – спрашиваю я ее.
– Амира, – тихо шепчет она.
– Амира, Арон… Его Светлость тоже будет на завтраке? – хочу знать, чего ждать.
Она выдерживает странную паузу, вновь уводит глаза, будто провинилась.
– Нет, госпожа. Его Светлости нет.
– Уже ушёл?
Она сжимается в ком. Нервничает.
– Его Светлость не приходил, – сообщает она.
Так вот в чем дело. Арон ушёл прошлой ночью и не возвращался. Она боится, что это расстроит меня? А ведь должно.
Какая жена стерпит такое?
– Все в порядке, Амира. Спасибо тебе. Я спущусь к завтраку, – сообщаю ей с улыбкой, и девушка немного растерянно кивает и уходит.
Умываю лицо, причесываюсь и ищу шкаф.