В зеркале отражается та же уродливая женщина, но уже одетая незнакомо и уверенно: синяя шапочка и меховой капюшон. Теперь она готовится к новому вызову — созданию отеля из ничего в столице, где каждое движение под наблюдением и угроза несчастья присутствует на каждом шагу....
Я не могу говорить за Анну, и правду сказать тоже не могу. Поэтому смотрю в сторону, натыкаюсь взглядом на Шейлу, оставшуюся стоять в одиночестве.
Девица хмурится и прожигает меня взглядом. Не понимает, зачем генерал столько времени тратит на ненужную жену.
— Возможно, я поняла бессмысленность дальнейшей борьбы с вами? — нахожусь я.
— Очень на это надеюсь, — отвечает он. — Бороться со мной и правда глупо. Смирись и прими то, что я даю тебе.
Я вскидываюсь.
— Что же вы мне такого даете? — наверное, не стоило перечить, но я под впечатлением от дневников.
"Да, Анна совершила много ошибок, но потому что ее ловко подтолкнули к этому. Очень легко запутать неопытную, невинную девушку, выросшую в глубокой провинции.
Он приподнимает брови, склоняется ко мне. Под маской джентльмена проступает его жесткая сущность.
Кто он там, кстати? Дракон? Боже мой!
— Ты же видела дом? Он огромный, но старый и необжитый. Леди Глэдис не пожалела его для тебя, но большим не озаботилась. Тебе придется жить на мое содержание.
— Весьма скудное, как я понимаю, — моих губ касается ехидная улыбка.
— Условия обговорим с моим юристом. Я тебя не обижу. И сможешь забрать драгоценности, — он иронично кривится. — Если не все продала.
В этот момент не выдерживает Шейла. Подбегает к нам и тянет генерала за руку. Он с удивлением поворачивается к ней, а она расплывается в лицемерной улыбке.
— Милый, она попытается вытянуть из тебя побольше, я знаю. Не верь ей. Наверняка ее мамаша учит Анну, как манипулировать тобой.
Мерзавка смотрит на меня в упор и цедит:
— Твой удел пылиться в старом особняке, смирись уже.
— Шейла, угомонись, — недовольно обращается к ней генерал Грэхем.
Но Шейла накручивает себя — думается, она чего-то очень боится. Не знаю, почему наш спокойный разговор с мужем вызвал у нее тревожность. В любом случае она забывается и теряет контроль.
— Ты холодная рыбина, — с ненавистью выплевывает она. — Не способная ублажить мужчину, неспособная зачать. На что ты можешь рассчитывать, воровка и лгунья?
Генерал молча хватает ее под руку.
— Пойдем, — почти рычит. — Ты ведь знаешь, как я не люблю скандалы.
Я стараюсь скрыть смех, а он тащит эту ненормальную прочь, к автомобилю. Открывает дверь и закидывает Шейлу в салон.
Что-то мне подсказывает, не долго ей осталось ходить в любимицах. Неужели Рэм простит ей этот срыв? Или она вымолит прощение?
Они уезжают, а я окончательно убеждаюсь, что Шейла все еще боится Анну. Несмотря на этот развод, несмотря на ссору.
