В зеркале отражается та же уродливая женщина, но уже одетая незнакомо и уверенно: синяя шапочка и меховой капюшон. Теперь она готовится к новому вызову — созданию отеля из ничего в столице, где каждое движение под наблюдением и угроза несчастья присутствует на каждом шагу....
Иду на запах жареного бекона и яичницы. Еще пахнет зеленью и свежевыжатым соком.
Интуитивно нахожу кухню. Двери гостеприимно распахнуты и я останавливаюсь в проеме. Развернувшася картина заставляет поморщиться.
Не знаю, что такого вытворила эта Анна, но она точно не заслужила подобного унижения.
Я прислоняюсь к косяку и наблюдаю романтичную идиллию: брюнетка, — Шейла, кажется? — колдует над плитой. За столом сидит генерал в рубашке с засученными рукавами.
Кухня большая, но уютная. Мне нравится.
Если бы убрать отсюда этих двоих.
— Проходи, Анна, — спокойно обращается ко мне муж и встает навстречу.
Шейла выжидающе смотрит, а я не знаю, что говорить, как реагировать. Мне все равно. Я не понимаю, что происходит.
— Лопнула шина автомобиля и мне пришлось вернуться, — натянуто улыбается Шейла.
А я размышляю, она все-таки любовница или невеста, которая метит на место Анны? Может, все сразу?
Генерал подвигает мне стул, а Шейла произносит:
— Я ведь часто оставалась у тебя на ночь, когда мы еще были подругами.
Сажусь за стол, но успеваю заметить торжествующий блеск в глазах Шейлы.
Как же банально...
— Я потеряла память. Ничего не помню, — улыбаюсь и снимаю крышку со сковородки, которую Шейла ставит на мраморную столешницу. Кушать хочется ужасно.
Шейла злится.
— Хватит придумывать все новые и новые отговорки, чтобы избежать развода! Имей гордость и уступи дорогу! Я рожу ему здоровых наследников, а ты...
Генерал хмурится.
— Помолчи, Шейла, — рявкает он на нее.
Я беру графин и разливаю сок по стаканам, изображая хозяйку. Чувствую себя странно и неловко — ведь я к этим людям не имею никакого отношения.
Генерал (его имя Рэм, кажется) переводит на меня тяжелый взгляд и я вспоминаю его вчерашний поцелуй. От этого делается совсем неловко. Чувствую, что краснею и прикусываю нижнюю губу.
— Это правда? Ты потеряла память, когда упала в саду?
Я киваю. А перед глазами мелькает смутное воспоминание о боли, опалившей плечо.
Генерал Грехэм смотрит на меня в упор. Он явно не верит ни одному моему слову.
— Я отправлю Шейлу и поговорим. Завещание зачитывают во второй половине дня, так что успеем разобраться.
В его голосе звучит глухое недовольство, но я просто ем и не гляжу на него.
Вкус сока очень яркий, насыщенный. Я явственно ощущаю, что насыщаюсь, получая удовольствие от еды.
