Автор
27 августа 20...7: Бла-бла-бла. Вот он, дневник Севастьяновой Дарьи — первые записи в чертовом двадцать первом веке. Здесь она делится своими мыслями о настоящем и будущем, страхами и мечтами в этом безжалостном мире серого окна и чуждых техногенных шаблонов жизни.
– Уважения тебе не хватает? – поднялась из-за стола мать. – Какая ты, Дарья, у нас эгоистка! Все для нее делаю, а она… из-за какого-то мусора, который валяется в комнате…
Мусора? Похоже, непобедимый английский линкор «Виктори», сам того не ведая, впервые потерпел крупное поражение. Разбит в пух и прах и пошел ко дну вместе с моей верой в наши с мамой наладившиеся отношения.
– А ты не эгоистка? – спросила я, скрестив руки на груди. – Только о своей работе драгоценной думаешь.
– Ты права! – кивнула мама.
– Началось, – вздохнула я, перехватив жалостливый взгляд тети Маши.
– А что началось-то? Разве я не права? Лучше бы свободное время уделила иностранным языкам. Ты как поступать вообще собираешься?
– Уж как-нибудь! – огрызнулась я. – С божьей помощью.
– Звонила репетитору? Я еще в начале месяца тебе напоминала.
Я упрямо молчала.
– Нужно было еще ребенка родить, – сказала мама, усаживаясь за стол. – Не выросла бы из тебя тогда эгоистка. Привыкла, что все тебе одной достается, как само собой разумеющееся.
– Ребенка, значит? – переспросила я. – Чтобы ты и на него забила?
– Дарья! – выкрикнула мать.
– Дарька, уйди, – попросила тетя Маша. – Я с ней поговорю.
– С удовольствием, – прошипела я, направляясь в коридор.
Схватила с вешалки куртку и заорала:
– Сбегу из ее дома! Мария Архиповна, передайте этой безрассудной женщине, что вместе с моими, как выразилась, бесполезными деревяшками, она выкинула те крупицы доверия и симпатии, что я хранила для нее!"
"Я выбежала из квартиры, громко хлопнув дверью.
– Ты за тетей Машей? – спросила я, шмыгнув носом. – Она скоро спустится.
