Автор
Мать обнаруживает у своей двенадцатилетней дочери Николь парилку и понимает, что не знает собственного ребёнка. Начинается путешествие в мир подростка, полный неожиданных открытий, конфликтов и попыток найти взаимопонимание между поколениями.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «(Не)Мой (Не)Моя (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Мать обнаруживает у своей двенадцатилетней дочери Николь парилку и понимает, что не знает собственного ребёнка. Начинается путешествие в мир подростка, полный неожиданных открытий, конфликтов и попыток найти взаимопонимание между поколениями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Мать обнаруживает у своей двенадцатилетней дочери Николь парилку и понимает, что не знает собственного ребёнка. Начинается путешествие в мир подростка, полный неожиданных открытий, конфликтов и попыток найти взаимопонимание между поколениями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Думаю, через пару дней нужно будет пробовать сцеживаться и кормить малышку через зонт. Через неделю, надеемся, молодая мамочка приложит дочь к груди, — ответила медсестра. Я улыбнулся. — А глазюки ваши, — неожиданно хмыкнула. — Папкина девчуля.
Я тихо засмеялся. Стало приятно, хотя и невозможно. Но этой девочке нужен папа. Детям всегда нужны родители.
— Имя придумали? — медсестра разговаривала со мной так просто, что стало легче на душе. Все будет хорошо! Просто не может не быть!
— Аврора, — посмотрел на малышку. — Тебя зовут Аврора Мирославовна Нагорная.
Заря. Новый день. Свет и Надежда.
— Хорошее имя, — благосклонно кивнула нянечка.
— А можно? — дотронулся до стеклянной крышки. Не знаю зачем, но мне захотелось коснуться крохотных красных пальчиков.
— Нет, — покачал головой Станислав Григорьевич.
— Малышке нужен температурный режим, — ответил подошедший мужчина, который в операционной принимал Аврору. — Сомов Лев Игоревич, — протянул руку, — неонатолог.
Я пожал ее, затем главврачу и поблагодарил медсестру. С неонатологом мы отошли на разговор.
— Ребенок здоров? — первое, что интересовало. Я не знал могли ли проблемы с сердцем передаваться по наследству и тем более в душе не ведал, что там с генетикой у Каминского.
— Никаких патологий, угрожающих жизни нет. Недоношенность второй степени, — я слушал и кивал. — Тридцать четыре недели — это рановато, но у нас бывали и более недоношенные пациенты, — пытался подбодрить меня. — Ваша девочка вне опасности.
— Тридцать шесть с половиной, — поправил его. У меня с математикой всегда было на отлично, а эту беременность контролировал больше, чем врачи.
— Нет, — покачал головой Сомов, — после тридцати шести недель младенец с легкой степенью недоношенности. Дыхание и пищеварение сформировались…
— А вы брали кровь на анализ? — да, я заинтересовался. Неонатолог кивнул. — Какая у малышки группа?"
"Он порылся в документах, пока не нашел лист с натуральными каракулями.
— Четвертая положительная.
Я задумался. У меня тоже четвертая. И у Яны. Неужели и у Каминского? Хотя может быть и третья… Не помню точно, как там образовалась группа. Жаль, что биология не мой конек и познания весьма общие. Но ведь, если подумать и учесть ошибку с установкой срока беременности, то…
Возможно, стоит сделать тест ДНК? Конечно, я всего лишь человек, и если девочка моя, то это будет просто фейерверк счастья! А если нет? Я принял ситуацию и не обманывал, когда говорил, что готов растить малышку как свою.
Яна не раз делилась и переживаниями и сомнениями относительно моего решения. Я понимал: заслужил, чтобы мне не доверяли.
