— Добрый день, вы в эфире! Представьтесь, пожалуйста.
— Добрый день. Меня зовут Александр.
Тишина окутала нас, она меня узнала. Я словно увидел своими глазами как её брови взлетели от удивления. Детка, для меня самого этот разговор одна большая неожиданность. И не смотря на её последующие колкие фразы, я наслаждался этим разговором. Вслушивался в каждое её слово, каждый акцент и ноту. Мне нравилось парировать её фразы, а когда она сбросила вызов, я остался сидеть, глупо улыбаясь. Она не забыла меня, уверен.
Я попросил водителя заехать в цветочный магазин, чтобы заказать доставку. Что же ей послать? Консультант расхваливала красные розы, они как нельзя лучше расскажут девушке о моей страсти. Но это было совершенно не то, я хотел напомнить ей о лучших моментах, что у нас были. И именно поэтому выбрал пионы.
Я хотел вернуться в то время, когда я ещё был жив. До того, как я погиб, под осколками этой любви. А ведь я так и не сказал ей как сильно её любил. Сейчас от того меня осталась лишь тень, которая бродит по земле сама не зная зачем.
Я вернулся в машину, сосредоточенно размышляя что же делать дальше. Телефон завибрировал в кармане. На экране, улыбаясь во все тридцать два зуба, красовалась Вероника. Мне не хотелось с ней разговаривать, вообще-то мне никогда не хотелось, но сегодня помимо этого я не стал брать трубку.
Мой мечтательный настрой грубо осадил Станислав Григорьевич. Он повернулся, крякнул и глядя мне в глаза попросил.
— Оставь девчонку в покое. Пусть живёт своей жизнью.
Мой холодный тон вернулся, мне не понравился этот совет.
— Ваш отец никогда этого не одобрит. — я поймал его взгляд в зеркале — Я помню, как отвозил её в квартирку в спальном районе. В тот же день, что вы улетели. Страшное зрелище. Вроде и Женечка, а глаза пустые, словно мёртвые.
Может она раскаялась в своём поступке? Пожалела? Почему тогда не позвонила? Испугалась? Всё в прошлом. Но, почему тогда всё ещё болит? Мешает спать, есть, думать. Это не жизнь, существование.
Водителю я так и не ответил. Что я мог сказать, если сам не знаю ничего. Нам нужно встретится с Женей. Нужно. Иначе я не успокоюсь. И не важно хочет она того или нет. Я имею право на разговор.
— Не помнишь адрес? — спросил я.
— А если бы помнил, сказал?
Станислав Григорьевич переключил передачу, посмотрел в зеркала и наконец ответил.
Глава 16. Женя. Больше музыки!
К вечеру моя хандра немного рассеялась. Душа болела, но я задвинула эту боль за коробку с возможностями.
