А от головной боли выпила таблетку. Жаль нельзя избавиться от привязанности так же просто, как вылечить простуду. Недельку попил чай с малиновым вареньем, похрустел пастилками от боли в горле, выпил жаропонижающее и вот ты уже здоров.
А с чувствами не так. Они занимают мысли, натягивают нервы, пока те не превратятся в ниточки и не порвутся от резкого рывка. Любой толчок и ты опять летишь в пропасть безнадёжности. И спрашиваешь себя, за что мне это? Почему я?
Вечер накрыл город тонкой вуалью, её связала опытная прядильщица из ночных огней, темных закоулков и отблесков тротуаров. Многоэтажки ещё светились множеством окон, рождественские фонари как разноцветные жуки, ползали по окошкам. Идеальная предновогодняя атмосфера.
Я прыгнула в такси и помчала на вечеринку. Моя аппаратура, ноутбук с записями и наушники лежали рядом на сидении. Пальцы подрагивали перед выступлением, но, когда я поднимусь на сцену, страх уйдёт, вымоется из крови адреналином. И тогда на следующие сорок минут останется только чистый кайф.
Мысли. Тревоги. Сомнения. Всё это сейчас наполняло меня до краёв. Выплёскивалось через край нервными движениями, бесконечными проверками телефона и прикосновениями к волосам.
В клуб я прибыла заранее, до моего выступления оставался целый час. Точнее всего час, чтобы подключиться, проверить оборудование и настроиться на нужный лад. Сегодня выступали несколько ди-джеев, и я буду первая. Люди понемногу собирались, пили в баре, громко обсуждали последние новости, самые отчаянные уже танцевали.
Сразу же на меня набросилась Лида. Заставила меня покрутиться в моём маленьком, черном платье с пайетками. Одобрила, серьёзно кивнув. И заставила сфоткаться для инстаграмма. Я не была активным пользователем, но фото мне понравилось, и я выложила его у себя на странице.
Звукорежиссёр махнул мне рукой, приглашая. Поправив лямку сумки на плече, я пошла на сцену. На ногах у меня красовались супер удобные кеды, и от этого я казалась маленькой девочкой. Непослушные красные волосы уложены в кудри, часть из них завязаны на макушки на подобии «мальвины». Выпрямлять их сегодня было бесполезно, всё равно из-за жары и влаги они завились бы обратно, уже проходили. Мои глаза подведены широкими стрелками, ресницы хорошо прокрашены тушью и от этого лицо кажется кукольным.
Народу собралось уже прилично, от этого музыка становится глуше. Выкрики с разных сторон путают. В зал я стараюсь не смотреть. Во время выступления меня интересует только толпа.
