Автор
Свежее монашеское платье настолько потрясло героиню, что ей захотелось вытворить что-то непростительное. Она рвет его, но при этом оставляет глубокий вырез декольте - и не меньше удивляется этой мысли. В то же время читатель понимает, насколько она отстаивает свою индивидуальность, отказываясь подчиняться общественным стереотипам. Ощущение неприкосновенности женского тела и легкого отчуждения вызывает в нем противоречивые чувства....
Может и голос его так на меня действует или взгляд.
— Слушай, Кирилл, — вдруг вмешивается бесстрашная Юлька, — это я несла ваши контрольные работы и случайно уронила, давай мы между собой этот вопрос решим, а подруга моя на пару опаздывает, пусть идет, — и начинает так улыбаться, что даже меня ослепила белизна ее зубов.
Но мерзавец на ее улыбки не повелся, развернул меня и гаркнул:
— Мне все равно кто нес и кто выронил, собирайте, обе! И побыстрее, хватит трепаться!
Видимо, это было последней каплей для моей не выспавшейся нервной системы, потому что я раздвигаю губы в самой гаденькой улыбке, на которую только способна, и перехватив несколько листов из пачки, разрываю их пополам с чувством полного удовлетворения.
— Ну, все, доигралась, мышь лохматая! Тебе конец! — рявкает на меня брюнет, переглядывается со своими сообщниками и кивает головой в мою сторону, а потом в Юлькину.
После этого, нас обеих быстренько закидывают на плечи и несут вниз по лестнице. Меня схватил Кирилл, а Юльку видимо, его друг.
Сначала я никак не могла понять, зачем мы спустились на первый этаж, но потом, когда завернули в сторону левого крыла, до меня начинало доходить. В этой стороне находится бассейн. Они что, твою мать, нас пытать что ли собираются? Вижу, что Юлькино лицо тоже перекосило от такой догадки.
— Мальчики, может, договоримся, — с дрожью в голосе начинает причитать Юлька, — на улице конец сентября уже, мы же замерзнем и заболеем.
Вот что-то мне подсказывает, что не за сырую одежду так переживает подруга, а из-за того, что тушь потечет, и она не дай бог, в таком виде встретит красавчика какого-нибудь.
— Поздно ныть, убогие! — хахмит этот урод, — надо было раньше думать, кому на голову падать.
Дружки этого децибела начинают ржать вместе с ним. А потом наступает апокалипсис, потому что мы с Юлькой с громкими визгами летим в бассейн, прямо в чем были.
Мы с Юлькой, с трудом выползаем из бассейна, с нас ручьем стекает вода, глаза щиплет то ли из-за хлорки, то ли из-за туши, которой были накрашены глаза.
