Я просыпаюсь в зеленовато-сером свете, где каждый камень на стенах и каждая линия стен выглядят загадочными изголовьями сказочных миры. Мужчина, который кажется не просто обычным, а каким-то особенным драконом — стоит передо мной, его богатырские плечи и упругие ягодицы кажутся частью истории, которую я недавно прочитала в сказке....
— С ними что-то не так. И дерево — я его тоже перестал чувствовать”.
А вот это уже плохо. Все же происходит то, чего я боялся: это все было только отвлекающим маневром.
Мне кажется, я тоже ее чувствую: страх, отчаяние, желание разорвать… Моя девочка. Стойкая, сильная, смелая, умная. Настоящая драконица.
Возвращаюсь к королю, только кивком даю понять, что не могу больше задерживаться, тут же черчу портальный знак и шагаю в него. Телепортация бьет по Рингу, да и сам я уже не в лучшем своем состоянии, но потребность защитить Адалию придает сил.
Портал открывается в холл особняка, который я могу видеть еще до того, как сам выхожу. Взгляд привычно оценивает обстановку: Рина и Лира на полу со связанными руками и двумя физически развитыми, но явно недалекими вояками. Алброу с горящими от нетерпения глазами, несколько книг перед ним и… Адалия, с вызовом смотрящая на ублюдка.
“Нежилец”, — рычит Ринг, и я полностью разделяю его мнение. Чего бы мне это ни стоило, Алброу живым не уйти.
Он хватает одну из книг, вгрызается взглядом в страницы… И я с удовольствием вижу досаду на его лице.
Да, это грозило мне негодованием от моей истинной, но зато ценные знания должны были остаться скрытыми от “Драконьего сердца”.
Алброу угрожает Адалии, но она только сжимает кулаки и воинственно смотрит на герцога. Как же она хороша!
А за каждый ее ушиб и царапину Алброу ответит.
— А ты правда думал, что я никак не подстрахуюсь на такой случай? — переключаю его внимание на себя. — Тогда ты неисправимый идиот.
Кажется, Алброу вздрагивает. Его псы хватаются за оружие, но без приказа не двигаются с места: им же еще пленниц охранять. Вот больше чем уверен, что именно урожая Рине и Лире, Алброу вынудил ее пойти в библиотеку. Иначе бы она не далась.
Герцог переводит взгляд на меня, и в нем просыпается такая неприязнь, открытая ненависть, что мне даже доставит удовольствие сразиться с ним.
“Здесь везде запах того черного, которое использовал последний нападавший. Это лишает меня силы”, — рычит Ринг.
Это плохо, потому что у него и так не очень много сил. Но сейчас на кону слишком многое стоит.
“Держись, — мысленно произношу я. — Ты нужен. И не только мне, но и Ранне”.
“Я ее не слышу”, — мрачно отзывается Ринг.
Нужно быстрее действовать: время работает против нас.
