Автор
В холодных глазах своего дракона главная героиня чувствует опасность. Перед ней стоит мужчина с гладкой поверхностью, способный заморозить ее насмерть, будь то теплом или мгновенно превратив в снег. Книга раскрывает дыхание трепета и страха в отношениях двух людей, которые уже давно не играют в обычные игры любви....
Да где он вообще взял такой крепкий скотч? Но тут в комнату вошел хмурый Ромыч и развалился напротив меня на низком диване. Он сложил руки на груди и уставился, как будто это я накосячил. А я зарычал, ведь неровен час трансформируюсь и разнесу здесь все к чертям драконьим.
— Ты, блин, фильмов, что ли, пересмотрел? Какого хрена ты творишь? — зарычал я, а от этого мою голову снова прострелила боль.
Ну все, гад. Ты у меня нарвешься, как только я освобожусь.
— Ты снова закипаешь, друг, — бросил осуждающий взгляд на меня Ромыч.
Осуждающий, блин. Да он гонит?
— «Закипаешь»? — я хрипло рассмеялся. — О-о-о, дорогой бывший друг, — я специально сделал ударение на слове «бывший» и, увидев, как поморщился Ромыч, проложил скалиться. — Я уже в гневе.
— Вот видишь. Вспомни, когда мы последний раз с тобой нормально летали, без твоих агрессивных выпадов?
— Ты снова за старое. Ищешь проблемы на ровном месте. Нормальный я.
И только хотел разразиться гневной тирадой, как в квартиру вошел мой дядя. Я аж выдохнул с облегчением.
— Дядя, скажи этому парнокопытному, чтобы размотал меня, — усмехнулся я.
Только вот то, что Ромыч никак не напрягся от появления дяди, заставило меня задуматься. Я прищурился, оценивая статного, высокого и темноволосого дракона. Арни никогда не улыбался. По крайней мере, я даже не знаю, способен ли он на это. Вечно серьезный, собранный и жесткий дракон. Сейчас он был в костюме, как будто его только что оторвали от очень важной сделки или выдернули с совещания.
— Да вы издеваетесь! Арни, ты что, с этим психом, якобы моим другом, заодно? — взревел я, уже переставая контролировать своего дракона, который и так находился в заведенном состоянии и эмоциональном напряжении.
Дядя нахмурился. Было видно, что он не в духе. Пока Ромыч изучал документы, Арни подошел к панорамному окну, заложил руки за спину и молча смотрел на огни вечернего города. Спустя минуту, услышав ругательства Ромыча, он повернулся и сложил руки на груди, прожигая моего друга гневным взглядом.
А я рассмеялся. Все же Ромыч нажил себе еще одного врага.
— Я был уверен, что что-то обнаружится, — Ромыч согнулся на диване и запустил руки в волосы, нервно проведя по ним, а потом виновато посмотрел на дядю и меня.
Я злобно сверкнул глазами.
— С чего ты вообще решил, что Макса одурманивают? — дядя, несмотря на недовольство, все равно решил разобраться в ситуации.
