В приюте Лиса узнает, что мать, которую она воспринимала как близкую сестру-близнеца, была не мамой, а лишь случайным попутчиком. Похожие черты лица и цвет волос скрывают тайну - Лиса оказывается внучкой эльфа, чьё присутствие до сих пор никого не интересовало.
Не знаю, остановится ли кровь, но так хотелось надеяться. Стянув со своих плеч накидку, я укрыла мужчину, понимая, что его вероятно морозит. Как тяжело смотреть на человека и понимать, что помочь ему не в силах. Так жаль, такой молодой. Вероятно, ему и тридцати нет. Что же такое произошло, что он умирает здесь, а не в кругу своей сьи. Как же так?
– Почему? - услышала я тихое.
Я резко посмотрела на лицо мужчины. Он повернул голову в мою сторону и теперь смотрел на меня такими же бездонными глазами, как и у той девушки.
– Почему ты не уходишь? - едва различимо спросил мужчина.
– Я не могу вас бросить одного, - призналась я.
– Это хорошо, - вздохнув, сказал мужчина и прикрыл глаза. – Только не отпускай руку.
Глава 5
Я немного успокоилась, когда мужчина заговорил. Сжала руку крепче и огляделась. Пещера была относительно небольшая, и, что удивительно, мужчина лежал вплотную к стене. Но этого не может быть! Там же сидела девушка, вот, прямо напротив меня. Я даже протянула руку, чтобы проверить.
– Эй, мужчина, вы меня слышите? - негромко позвала и чуть дёрнула рукой.
– Слышу, - шепнул в ответ раненый.
– Вы здесь умрёте, - затараторила я, стараясь быстрее сказать. – Нам нужно дойти до дома, там я уже приглашу к вам лекаря.
– Как?
– Я одна не справлюсь. Давайте попробуем встать и медленно двигаться в сторону дома.
– А где ваш дом? Далеко? - заинтересовался раненый.
– Я не знаю, нг вместе мы найдём дорогу. Тут недалеко есть сторожка, - я запнулась, вспомнив, какой она стала. – Дом. Есть дом рядом. Нам нужно только дойти, а там вам помогут.
– А вы упрямая, - мужчина усмехнулся, а затем застонал от боли.
– Если вам так больно от смешка, то подняться на ноги вы тем более не сможете, - растерялась я.
– Расскажите мне о себе, – попросил мужчина. Его ладонь так и лежала на моей руке.
– Да нечего рассказывать, - пробормотала я, чувствуя неясную тревогу. Делиться своими тайнами, да хотя бы жизнью приюта, не хотелось совершенно. Я не могла объяснить это ощущение, просто стоял какой-то внутренний запрет. – Живу в Островке, недалеко отсюда.
– Островок, значит, - прошептал раненый. – Далеко меня занесло.
