Улучив минуту, Лена подхватила брезентовое ведро и шагнула в глубь ивняка, покрывающего берега реки. Перескакивая с камня на камень, она отходила все дальше и дальше, пока фигуры мужчин не скрылись из виду. Торопливо раздевшись, зачерпнула ведром воду и вылила на себя. От ледяной воды у нее на миг перехватило дыхание. Она глотнула воздух открытым ртом, но тут же взбудораженная кровь ринулась по сосудам, усталость смыло потоком живительных струй. Лена закинула руки за голову и засмеялась от удовольствия, чувствуя, как кожа вновь обретает свежесть, а каждая клеточка тела словно расправляется, впитывая в себя солнечный свет.
Такой ее и увидел Алексей. Напуганные исчезновением девушки, они с Рогдаем бросились на ее поиски. Прижав собаку к себе, он присел за большим валуном, не в силах упустить представшее перед ним зрелище. Только сейчас он понял, что впервые видит ее обнаженной при свете дня. Девушка стояла к нему спиной. Его ладони помнили изящные изгибы ее тела, узкую талию и стройные высокие бедра. Теперь он смог воочию убедиться, что ночные сумерки скрывали от него прекрасное молодое тело, подобного которому ему еще не приходилось видеть. Она грациозно переступала на камнях длинными стройными ногами, маленькие ягодицы слегка подрагивали от ее движений. Лена стояла, подставив лицо теплым лучам. Не меняя позы, она сделала пару шажков и повернулась.
Алексей тихо застонал, как от мучительной боли, и уткнулся лицом в густую собачью шерсть. Рогдай недоуменно косил на него карим глазом: почему его не пускают к хозяйке? Алексей с трудом сдерживал себя. Он ощущал непреодолимый стыд от того, что подглядывает за женщиной. Но выйти из укрытия было равнозначно смерти. Только-только наладились их отношения, и обнаружить себя означало порвать их навсегда. В этом он не сомневался, но и не смотреть не мог. Застежка на джинсах больно впилась в возбужденную плоть, глухая боль сжала поясницу, растеклась по ногам. Но прекрасное видение продолжало мучить его. Упругая грудь, увенчанная розовыми сосками, плоский ровный живот и темный холмик в его основании так и требовали мужской ласки, страстных объятий и необузданных поцелуев. Лена провела руками по груди, округлым бедрам, словно стряхивая остатки влаги. Нагнувшись, потянулась за одеждой. Буйная фантазия Алексея сразу представила, на взгляд обывателя, весьма неприличную картинку. Он будто наяву ощутил трепещущее податливое тело, восхитительно упругое, жаждущее откровенных и бесстыдных ласк… В это время Рогдай с визгом вырвался из его рук и бросился навстречу уже успевшей одеться хозяйке.
— Ах ты негодник, все-таки выследил меня, — пожурила его Лена, — нет от тебя спасения!
Они прошли мимо. Алексей, отсиживаясь за камнем, еще минут пять не мог прийти в себя.