Скорее всего, Екатерина давала понять придворным, что надо успокоиться и вести себя дружелюбнее, ведь обе девушки под её протекцией. Меня удостоили милостивого кивка и забыли. Плевать! Главное, чтобы не обижали мою семью.
Первый выход Лизы в люди мы с отцом признали нами успешным, несмотря на переживания и слёзы нашей героини. Под конец вечера сестрёнка почти не стеснялась и даже самостоятельно общалась с гостями. Думаю, далее ей будет гораздо легче.
Касаемо поездки к родственникам, то от ссоры с Каролиной нас спасла новость, что в воскресенье прибывает целый сонм портных, присланных императрицей. Екатерина решила не скупиться на нарядах цесаревны. Это вызвало бурный восторг немки, на время забывшей о моей поездке. Правда, меня тоже хотели заставить пошить несколько европейских платьев, отчего я отказался весьма твёрдо. Благоверная постоянно ищет разные пути, пытаясь навязать своё мнение. Хотя сейчас она являет собой почти милое создание. А ночью так вообще, не даёт мне покоя. Вот и отдохну от неё два дня.
Перед тем как заскочить в подъехавший возок, я оборачиваюсь и машу стоящей у окна Каролине. Ну, прямо романтическая картина — верная жена провожает мужа в долгий путь. Любопытно, насколько её хватит?
Внутри салона меня ждал сюрприз. Стало понятно, отчего Алонсо решил ехать верхом, ведь он делал это довольно редко.
— Доброе утро, Иоанн Антонович. Слышал, вы искали встречи? — с усмешкой произнёс Шешковский, заставив меня дёрнуться от неожиданности, — Времени у нас мало, поэтому спрашивайте. Да и мне надо кое-что вам поведать.
— Кто её убил? — сразу задаю вопрос и, спохватившись, здороваюсь с вельможей.
— Я тоже считаю, что Анну Михайловну убили. Хотя доктор Линдеман вряд ли подтвердит наши подозрения. А вот его коллега Лидерс убеждён в своей правоте, и не нашёл в смерти графини ничего подозрительного. Таковы донесения моих людей. К сожалению, я отсутствовал в столице, и сыска по данному делу не проводилось. Допрашивать кого-то сейчас без приказа Её Величества, не позволят даже мне. А его нет, потому остаётся строить догадки и действовать осторожно.
— Вы не ответили на мой вопрос, — стараюсь сдерживаться и не наговорить лишнего, — И почему императрица может запретить провести сыск?
— Я не знаю, — заметив мою злую усмешку, собеседник пояснил, — Конечно, есть подозреваемые, и через некоторое время мы выясним правду. Но лучше не спешить, вспоминая про отсутствие приказа. Причина подобного поведения Екатерины Алексеевны мне неизвестна.