Сейчас нет смысла гадать, а лучше прояснить более важные вопросы.
— Вы сказали — мы? — внимательно смотрю на Столыпина.
Тот особо не смутился, наверное, был готов к вопросу.
— Я, Карл фон Левенроде, — кивок в сторону молчаливого немца, — А также ещё десять кавалергардов на вашей стороне. Среди нас нет простолюдинов, пусть большая часть дворян — однодворцы или безземельные. Но нам знакомо понятие о чести, и все давали присягу. Что бы ни случилось с Её Величеством, определять виновных должен суд, назначаемый Сенатом. Действия Орловых и их союзников — измена, какими бы благими намерениями они ни прикрывались. Вы законный наследник, утверждённый русской самодержицей. И отдавать тайный приказ, пусть и иносказательно, убить вас, за гранью разумного. Если кому любопытно, то я не верю, что вы участвуете в заговоре и, тем более, его возглавляете.
В честности поручика я не сомневаюсь. Ещё во время поездки в Холмогоры он произвёл приятное впечатление, хотя и отличался излишней строгостью. Но это больше плюс для офицера. Я здесь насмотрелся на некоторых представителей гвардии и был разочарован. Некогда лучшие полки русской армии превращаются в рассадник паразитов. Надо признать, что многие офицеры заслужили свои чины, а иные всегда готовы отправиться в действующую армию. Только сама ситуация предполагает разложение офицеров, ведь не все отличаются стойкостью духа по отношению к порокам.
А ещё я старался не показывать охватившую меня радость. Двенадцать подготовленных бойцов, не считая нашей семёрки, это уже сила, пусть и небольшая. Поручику я сразу поверил, но с сомнением отношусь к подаркам судьбы, ведь ранее она меня не баловала. Тут в разговор вступил дон Алонсо, быстрее меня, обдумав происходящее.
— В Шушары послали только вас или будут ещё люди?
— Вы совершенно правы. Я как раз хотел рассказать об обстановке, — кивнул Столыпин, — Если мы не доставим указанных персон к вечеру, то рано утром сюда устремится более крупный отряд. Думаю, его возглавит кто-то из братьев.
— Что вообще происходит в столице?
— На стороне мятежников, позвольте называть их так, Преображенский и Измайловский полки. Несмотря на назначение Вадковского подполковником семёновцев, среди них большая часть — люди Шувалова. Поэтому они не поддержали требования Орлова. Гренадеры и кирасиры ещё не вернулись в столицу. Чего у моряков, я даже не знаю.
Да без разницы, что там с другими полками. Преображенцы — это Орловы, а измайловцы –сенатор Суворов.